<ГЛАВНАЯ       КИНО       ТЕАТР       КНИГИ       ПЬЕСЫ       РАССКАЗЫ    
АВТОРА!    ГАЛЕРЕЯ    ВИДЕО    ПРЕССА    ДРУЗЬЯ    КОНТАКТЫ    

Email:

ПЬЕСЫ

НЯНЯ ДЛЯ ВЗРОСЛОГО СЫНА
или
простите, Марта Игнатьевна!
комедия

Поняв, что упустил что-то важное в воспитании своего непутёвого сына – мажора и беспредельщика, – миллиардер Чичибабов нанимает ему няню… которая оказывается не совсем няней и берёт в оборот даже самого Чичибабова. А дальше события и вовсе выходят из-под контроля, и авантюра стремительно перерастает в безумный квест.

Няня для взрослого сына или простите Марта Игнатьевна

Действующие лица:

КУЗЯ, 29 лет

АЛЕКС, 23 года

АРКАДИЙ БОРИСОВИЧ ЧИЧИБАБОВ, 55 лет

1. КАБИНЕТ ЧИЧИБАБОВА

Чичибабов сидит за столом перед компьютером, у него сосредоточенный вид делового человека, который решает важные задачи. Он то и дело щёлкает мышкой, время от времени отпивает из большой кружки чай. Напротив него висит плазменная панель.

Звонит телефон, Чичибабов отвечает, не отрываясь от монитора.

ЧИЧИБАБОВ. Я же ясно сказал вам – меня не беспокоить! Зачем мне включать телевизор? Да что случилось-то?! А если не можете объяснить, то и дёргать меня не надо!

Бросает трубку, снова углубляется с головой в работу, но явно нервничает. Отодвигает мышку, что-то ищет на столе среди бумаг и папок, выдвигает ящики стола.

ЧИЧИБАБОВ. Да где же этот пульт-то?!

Встаёт, шарит в шкафу, находит пульт на самой верхней полке – видно, что им давно не пользовались, – смахивает с него пыль, включает панель, экран загорается, идет репортаж о том, что на соревнованиях по шестовой акробатике первое место заняла Марина Саблина. Крупным планом показывают лицо Марины, ей вручают диплом и награду. Чичибабов нервно переключает каналы, мелькают разные картинки – кино, мультфильмы, новости…

ЧИЧИБАБОВ. (звонит) Какой канал?

Нажимает кнопку. На экране две разбитые машины.

ДИКТОР. На записях камер дорожного наблюдения видно, как "Феррари" стоимостью шестнадцать миллионов рублей несётся со скоростью под двести километров в час. Петляя из ряда в ряд и обгоняя другие машины, он вылетает на встречную полосу и бьёт "Вольво" и "Форд".

Чичибабов меняется в лице.

ДИКТОР. Чудом обошлось без жертв…

Чичибабов выдыхает.

ДИКТОР. Водители отделались ушибами и ссадинами – сработали подушки безопасности. Виновник аварии – Александр Чичибабов, – с места аварии сбежал, вернее, его подобрала собственная охрана. Напомню, что Александр Чичибабов принадлежит к так называемой "золотой молодежи", он сын миллиардера Аркадия Чичибабова, председателя совета директоров корпорации "Мейджор Авто", которая представляет в нашей стране такие марки премиум-класса, как "Феррари", "Ламборгини", "Бентли", "Астон Мартин" и "Пагани". Чичибабов ездил без прав, их отобрали у него полгода назад за гонки по тротуарам в центре Москвы, которые тоже чудом обошлись без пострадавших…

Чичибабов выключает телевизор, отбрасывает пульт. Звонит. В трубке слышен электронный голос – "Абонент недоступен".

Схватившись за голову, Чичибабов пару секунд мечется по кабинету.

ЧИЧИБАБОВ. Дрянь… Подонок… Скотина! Ну, я тебе устрою! Я тебе покажу!

Бросается к компьютеру, что-то быстро набирает, сосредоточенно смотрит в монитор.

ЧИЧИБАБОВ. Я тебе устрою!

Замирает, что-то читает в мониторе, хватает телефон.

ЧИЧИБАБОВ. Алло! Я по объявлению. Вы тут пишете – "Нужна работа. Любая". Это правда? А ещё вы тут пишете "Умею всё". Это тоже правда? Прекрасно, назовите ваш адрес, за вами сейчас приедут. (берёт карандаш, что-то записывает) Простите, но вы даже не спросили, кто и зачем приедет. Ах, без разницы… Но вы даже не спросили, что вы должны будете делать. Ах, вам всё равно? Интересно… А почему вы не спрашиваете, сколько я буду платить? Сколько скажете, столько и буду? Слушайте, а вы мне уже нравитесь. Считайте, что собеседование вы прошли.

ЗТМ.

 

2. КАБИНЕТ ЧИЧИБАБОВА

Чичибабов, развалившись, сидит за столом, включает селектор.

ЧИЧИБАБОВ. Заводите.

Слышатся звуки борьбы, вскрик Алекса – "Пустите!" Я сам пойду!".

В кабинет вваливается Алекс – у него внешность и наряд плейбоя, рука перевязана, лоб и щека заклеены пластырем. Алекс налетает на стол, падает. Чичибабов молчит.

АЛЕКС. (встаёт) Спасибо, что наручники не напялил.

ЧИЧИБАБОВ. Пожалуйста.

АЛЕКС. (плаксиво) Пап, ну, прости, ну, не рассчитал… Там знаков вообще не видно, я думал, движение одностороннее.

ЧИЧИБАБОВ. (перебивает) Заткнись.

АЛЕКС. Пап, ну, там тачки копеечные, чё ты психуешь? Заплатишь, они и не рыпнутся, скажут, сами на встречку выехали.

ЧИЧИБАБОВ. Заткнись.

АЛЕКС. А, так ты насчёт универа, что ли? Да пересдам я это "Административное право". Знаешь, по-моему, препод в меня просто влюбилась, поэтому не ставит зачёт. Хочет видеть меня снова и снова. Я уж не знаю, что делать, честное слово, трахнуть, что ли, её?

ЧИЧИБАБОВ. Заткнись.

АЛЕКС. А! Тебе, наверное, счёт из клуба пришёл за витрину? Да там же копейки…

ЧИЧИБАБОВ. Заткнись.

АЛЕКС. (капризно) Чё ты заладил – заткнись, заткнись… Заело, что ли?

Чичибабов грохает кулаком по столу.

АЛЕКС. Ну, очень страшно. Хоть памперсы надевай.

Чичибабов встаёт, отвешивает Алексу сильную пощёчину. Алекс хватается за лицо, сгибается пополам.

АЛЕКС. (плаксиво) Ты мне челюсть сломал…

ЧИЧИБАБОВ. Поздно сломал. Раньше надо было.

АЛЕКС. Вот именно. Упустил ребёнка, а теперь издеваешься.

ЧИЧИБАБОВ. Чего ты там бормочешь?

АЛЕКС. (разгибается, вытирает кровь из носа) Я говорю, раньше воспитывать надо было! Колыбельные петь. Сказки рассказывать. Брать за руку и гулять в парке. Кораблики в ручейках пускать. А сейчас поздно. Что выросло, то выросло.

ЧИЧИБАБОВ. Знаешь, какой основной закон бизнеса?

АЛЕКС. Не знаю и знать не хочу.

ЧИЧИБАБОВ. Основной закон бизнеса – никогда ничего не поздно.

АЛЕКС. Это ты прямо сейчас придумал?

ЧИЧИБАБОВ. Вчера. Когда узнал, что ты опять чуть людей не угрохал. Ладно бы сам по пьяни разбился. Но в тех машинах ехали ни в чём не повинные люди…

АЛЕКС. Вот! Вот поэтому я такой безбашенный, пап. Потому что тебе на меня плевать. Тебе каких-то ушлёпков и нищебродов жалко, а не меня.

ЧИЧИБАБОВ. Тебя мне тоже жалко. Тебе сидеть за этих ушлёпков и нищебродов.

АЛЕКС. (напрягается) Па-а-ап… Ты не собираешься платить за меня?!

ЧИЧИБАБОВ. Я уже заплатил.

АЛЕКС. Фу-у… А чё за пафос тогда? А, знаю! Ты выпнешь меня за границу, чтоб я там шарабанился. Я согласен.

ЧИЧИБАБОВ. Не угадал. Шарабаниться ты будешь здесь. Но под присмотром.

АЛЕКС. Я чё-то не понял… Под каким присмотром?

ЧИЧИБАБОВ. Я нанял тебе няню.

АЛЕКС. (прыскает) Кого?!

ЧИЧИБАБОВ. Няню. Она будет присматривать за тобой круглые сутки.

АЛЕКС. (хохочет) Охренеть! Няню? Настоящую?! Живую тёплую няню?!

ЧИЧИБАБОВ. Именно.

АЛЕКС. (давясь смехом) Надеюсь, она не старая грымза?

ЧИЧИБАБОВ. Нет.

АЛЕКС. Ты, правда, думаешь, что она со мной справится?

ЧИЧИБАБОВ. Уверен.

АЛЕКС. И перевоспитает?

ЧИЧИБАБОВ. За это ей назначено крупное вознаграждение. Есть отдельная строка в договоре – если через месяц она сделает из тебя человека, то получит пять миллионов долларов.

АЛЕКС. (перестаёт смеяться) Пап, ты шутишь?

ЧИЧИБАБОВ. А что, я когда-то шутил?

АЛЕКС. Па-а-ап… Может, ты эти пять миллионов мне отдашь? А я буду себя хорошо вести.

ЧИЧИБАБОВ. Нет.

АЛЕКС. Пап, она аферистка! Нормальная женщина не согласится быть няней у здорового совершеннолетнего лба! Даже за миллионы!

ЧИЧИБАБОВ. Ты плохо знаешь нормальных людей.

АЛЕКС. Понятно, значит, всё-таки старая грымза. Польстилась на звон монет.

ЧИЧИБАБОВ. Кто же не польстится на пять миллионов долларов.

АЛЕКС. Па-а-ап! Я не хочу няню!

ЧИЧИБАБОВ. Тогда ищи работу. И живи сам!

АЛЕКС. Ну и найду! И проживу!

ЧИЧИБАБОВ. Вперёд и с песней. Только ключи от квартиры верни.

Алекс швыряет связку ключей на стол.

ЧИЧИБАБОВ. От машины тоже.

АЛЕКС. Я же её разбил…

ЧИЧИБАБОВ. От всех машин.

Алекс швыряет на стол несколько ключей с брелоками.

ЧИЧИБАБОВ. Карточку и наличные.

Алекс выворачивает карманы, нервно бросает на стол банковскую карту и портмоне.

АЛЕКС. Штаны-то хоть можно оставить?

ЧИЧИБАБОВ. Штаны можно, а цацки сними.

Алекс снимает браслет, цепь и перстень, бросает на стол, гордо уходит.

Чичибабов усмехается, смотрит на часы, садится, барабанит пальцами по столу.

Дверь распахивается, в кабинет залетает Алекс, рассовывает всё, что выложил, по карманам.

АЛЕКС. (нервно) Как хоть её зовут?

ЧИЧИБАБОВ. Десять секунд.

АЛЕКС. Чего-о?!

ЧИЧИБАБОВ. Ты продержался в свободном плаванье целых десять секунд. Ты не так безнадёжен, Алекс, как я думал.

АЛЕКС. Где эта сука?!

ЧИЧИБАБОВ. Уже у тебя в квартире.

АЛЕКС. Приготовься, что она подаст на меня в суд за изнасилование.

ЧИЧИБАБОВ. Всегда готов.

АЛЕКС. Или потребует, чтобы я на ней женился.

ЧИЧИБАБОВ. Ты меня пугаешь или себя?!

Алекс выходит, хлопает дверью.

Чичибабов, усмехнувшись, разваливается в кресле, закидывает ноги на стол, включает классическую музыку, закрывает глаза.

ЗТМ.

 

3. КВАРТИРА АЛЕКСА

Алекс, насвистывая, заходит в комнату, включает свет, обходит комнату, осматривается. Замечает в углу старый обшарпанный чемодан, подходит к нему, поднимает, рассматривает.

АЛЕКС. Бли-и-ин…

Брезгливо бросает чемодан на пол, замечает на полке портрет в рамке. На портрете пожилая женщина. Алекс берёт портрет, рассматривает.

АЛЕКС. Бли-и-ин…

Отшвыривает портрет, звонит.

АЛЕКС. Дэн, хочешь прикол? Мне папаша няню тут подогнал… Ну, так, натурально – няню! Ага, она перевоспитывать меня будет, прикинь… (ржёт)

Из кухни выходит Кузя – огромный деревенский увалень, неуклюжий, в мешковатой одежде, со стрижкой "под горшок". На нём кухонный фартук, в руке он держит огромный нож. Кузя мрачно смотрит на Алекса.

АЛЕКС. (не замечая Кузю) Слушай, ты бы видел её чемодан. Ага, Луи Виттон и Биркин в одном флаконе. Жуткий винтаж… Слышь, Дэн, давай ко мне. Устроим божьему одуванчику афтерпати. Кокс только прихвати с расчётом на одуванчика…

Кузя подходит к Алексу сзади, вырывает телефон.

АЛЕКС. (оборачивается, кричит) А-а-а-а-а!!!

Кузя бросает телефон на диван, с ножом наперевес поднимает портрет.

АЛЕКС. (пятится) Вы… кто?!

Кузя протирает портрет о штанину, целует, ставит на полку.

КУЗЯ. Ещё раз тронешь маму, убью.

АЛЕКС. Маму?!

КУЗЯ. Я там картошечку пожарил, сейчас ужинать будем.

Алекс, в ужасе выпучив глаза, бросается к двери, но Кузя ловит его за шиворот, швыряет на диван.

КУЗЯ. Я сказал – ужинать.

АЛЕКС. (вжимается в диван) Хорошо, хорошо… Только нож уберите, пожалуйста.

КУЗЯ. (смотрит на нож в своей руке) Это я хлебушек резал. Сейчас на стол накрою.

Алекс ещё больше вжимается в диван. Кузя суёт нож под мышку, достаёт из шкафа скатерть, одним взмахом стелет её на стол. Достаёт тарелки, одну ставит перед Алексом, другую на противоположную сторону. Нож при этом он зажимает под мышкой. Алекс в ужасе за ним наблюдает. Кузя идёт на кухню, но возвращается, запирает дверь на ключ, ключ кладёт в карман, уходит. Алекс хватает телефон, звонит.

АЛЕКС. (орёт) Папа! Блять! Папа-а-а-а! Блять! Папа-а-а-а-а!

(матерные слова, если нельзя, запикиваем, или меняем на «Чё-е-ёрт!»)

Из трубки по громкой связи слышен гомерический хохот Чичибабова.

ЧИЧИБАБОВ. Что, уже познакомились?

Заходит Кузя, в одной руке у него сковорода с картошкой, в другой – деревянная доска с нарезанным чёрным хлебом.

АЛЕКС. Папа-а-а-а!!!

Кузя ставит сковороду и доску с хлебом на стол. Берёт с полки портрет.

КУЗЯ. Немедленно извинись.

АЛЕКС. Что?!

Кузя хватает Алекса за грудки, приподнимает, суёт портрет под нос.

КУЗЯ. Немедленно извинись перед моей мамой за мат.

АЛЕКС. (слегка придушенным голосом) Простите, мама…

По громкой связи оглушительно хохочет Чичибабов.

КУЗЯ. Ты должен сказать: "Простите меня, пожалуйста, Марта Игнатьевна, я больше так не буду".

АЛЕКС. (чуть не плача) Простите… меня, пожалуйста, Марта Игнатьевна!

ЧИЧИБАБОВ. (по громкой связи) Марта Игнатьевна, будьте снисходительны, мой сын первый раз в жизни просит у кого-то прощения! Клянусь, он скоро научится делать это искренне. Правда, Кузя?

Кузя продолжает крепко держать Алекса, слегка придушив его.

ЧИЧИБАБОВ. Эй, Кузьма, отпусти его! На первый раз хватит.

Кузя отпускает Алекса, швыряет его на диван, целует портрет, ставит на место.

ЧИЧИБАБОВ. Алекс, у тебя ещё есть вопросы?

АЛЕКС. (трёт горло) Ты издеваешься?

ЧИЧИБАБОВ. Ну, и отлично, я тогда спать, телефон отключаю.

Слышны короткие гудки.

АЛЕКС. Значит, Кузьма…

Кузя пододвигает к нему сковороду, протягивает вилку.

КУЗЯ. Я картошечку на сале пожарил, сало домашнее, мама из деревни прислала. Давай, налегай.

Берёт салфетку, повязывает её вокруг шеи Алекса на манер слюнявчика.

АЛЕКС. Я это не ем.

Кузя буравит Алекса мрачным взглядом.

АЛЕКС. Нет, ну, правда, для меня это очень жирно.

Кузя берёт вилку, начинает кормить Алекса.

КУЗЯ. За папу… За маму… За тётю… За дядю… Жуй хорошо! Вот так, молодец. А говоришь, не ешь. Сейчас молочка принесу парного.

Уходит на кухню. Алекс бросается в ванную, слышно, что его тошнит.

Входит Кузя с банкой молока в руках, прислушивается к звукам из ванной, ставит банку на стол, подумав, делает из неё пару глотков. Из ванной выходит бледный, помятый Алекс.

АЛЕКС. Слышь, Кузьма…

КУЗЯ. Можешь называть меня Кузя.

АЛЕКС. Значит, так, Кузя… Забирай Кузькину маму, Луи Виттон (кивает на чемодан), сало с парным молоком, и пи… (косится на портрет мамы) И уезжай в свою деревню на ночной электричке.

КУЗЯ. (монотонно, на одной ноте) Второй этап – бунт.

АЛЕКС. Чего-о?

КУЗЯ. Психологи говорят, что в безвыходной ситуации есть три этапа. Первый – испуг и паника, второй – бунт, – "я всё смогу, я все преодолею", а третий – смирение. Предлагаю второй этап пропустить и приступить сразу к третьему.

АЛЕКС. Кузя… А хочешь, я тебе денег дам?! Много. Не пять миллионов, конечно, но на тачку приличную хватит. Будешь по деревне своей такой рассекать – вж-ж-ж-ж, вж-ж-ж-ж! Все девки твои!

Кузя резко хватает Алекса за ухо.

КУЗЯ. Я же сказал – второй этап пропускаем.

АЛЕКС. Пусти! Совсем охренел?!

Кузя за ухо подводит Алекса к дивану.

КУЗЯ. Через пятнадцать минут – отбой.

АЛЕКС. Какой отбой? Куда отбой?!

КУЗЯ. Ко сну, куда же ещё. А до этого – убрать со стола, помыть посуду, умыться и почистить зубы.

АЛЕКС. (в ужасе) Я?!

Кузя отпускает ухо, пожимает плечами.

КУЗЯ. Ну, если хочешь, я сам тебе зубы почищу.

АЛЕКС. (отпрыгивает) Нет! Я сейчас… сам… всё… я быстро…

Кузя достаёт из чемодана песочные часы, ставит на стол.

КУЗЯ. Время пошло.

Алекс начинает убирать со стола, уносит посуду на кухню. Песок в часах сыплется. Алекс опасливо косится на песочные часы, ускоряется. Кузя достаёт из чемодана письменные принадлежности, садится за стол, пишет, от старательности склонив голову на бок и прикусив язык. На кухне слышится грохот и короткое, оборванное на полуслове ругательство: "Бля…". Кузя резко вскидывает голову.

КУЗЯ. Что ты сказал?!!!

Из кухни высовывается Алекс, обращается к портрету.

АЛЕКС. Простите меня, пожалуйста, Марта Игнатьевна!

КУЗЯ. Я больше так не буду.

АЛЕКС. Я больше так не буду!

Песок в часах подходит к концу. Алекс несётся в ванную, слышится плеск воды. Песок заканчивается. Алекс вылетает из ванной в трусах и носках, вытягивается перед Кузьмой по стойке "смирно". Кузя встаёт, подходит к портрету, отворачивает его к стене.

КУЗЯ. Совесть у тебя есть? Голым перед женщиной ходишь.

АЛЕКС. (закрывает руками голую грудь) Простите, Марта Игнать… Господи, это же идиотизм какой-то!

КУЗЯ. Уже две секунды, как ты должен спать.

Алекс пластом падает на диван, натягивает на себя плед. Его трясёт.

КУЗЯ. (садится за стол) Я сейчас маме письмо допишу и тоже лягу.

АЛЕКС. (клацая зубами) Куда? Не со мной, надеюсь?

КУЗЯ. На пол. Я на жёстком люблю спать.

АЛЕКС. А почему ты на бумаге пишешь? В деревне нет интернета?

КУЗЯ. В деревне есть, а у мамы нет.

АЛЕКС. Что, денег нет маме компьютер купить? Или телефон.

КУЗЯ. Уже минута, как ты должен спать. Или хочешь, чтобы я лично тебя укачал и колыбельную спел?

АЛЕКС. Нет! Ещё только один маленький вопросик… Ты, правда, уверен, что такими вот методами можно перевоспитать человека?

КУЗЯ. Но попробовать-то можно?

АЛЕКС. (всхлипывает) Капец. Простите, Марта Игнатьевна…

КУЗЯ. Не поминай маму всуе…

Кузя складывает письмо, вкладывает его в конверт, проводит языком по краю, запечатывает. Выключает свет, ложится на пол возле дивана. Через короткое время раздаётся громогласный храп.

Алекс, выждав время, встаёт, осторожно шарит у Кузи в кармане, достаёт ключ, крадётся в ванную, выходит оттуда одетый, открывает дверь, убегает.

Кузя храпит. За окном слышится рёв машины, вопли Алекса.

АЛЕКС. Йоху! Дэн! Через полчаса в "Одиноком жирафе"! У тебя кокс с собой?!

Кузя перестаёт храпеть, резко вскакивает, бросается к окну, потом к двери – обнаруживает, что она заперта. Шарит в кармане, ключа нет. Тогда Кузя разбегается и вышибает дверь с одного удара вместе с косяком.

ЗТМ.

 

4. УЛИЦА

Кузя выбегает из дома, оглядывается – машины Алекса нет, зато на скамейке под фонарём сидит Чичибабов, курит электронную сигарету.

ЧИЧИБАБОВ. Что, Кузя, облажался? Удрал от тебя мой ребёнок?

КУЗЯ. (подходит к Чичибабову) Почему вы его не остановили?

ЧИЧИБАБОВ. А почему я должен делать твою работу?

КУЗЯ. Извините, просто я очень крепко сплю. Это моё слабое место.

ЧИЧИБАБОВ. Я думал, у тебя нет слабых мест.

КУЗЯ. Человек без слабых мест – это покойник.

ЧИЧИБАБОВ. Правда? Интересное мнение. Философское, я бы сказал. Только я не за философию тебе плачу! А за то, чтобы мой сын стал нормальным человеком.

КУЗЯ. Станет. У меня впереди ещё целый месяц.

Кузя вырывает у Чичибабова сигарету, выбрасывает в урну.

ЧИЧИБАБОВ. (вскакивает) Ты что делаешь?!

КУЗЯ. Курить вредно.

ЧИЧИБАБОВ. Это электронная сигарета!

КУЗЯ. Тем более. Любой заменитель гораздо вреднее оригинала.

ЧИЧИБАБОВ. Эй, ты не моя няня! Меня поздно перевоспитывать! А вот если Алекс опять что-нибудь натворит, платить за него будешь ты!

КУЗЯ. Я помню этот пункт нашего договора.

ЧИЧИБАБОВ. Тогда не трать время на моё воспитание. Ищи Алекса.

Кузя садится на скамейку, задумчиво смотрит на луну.

ЧИЧИБАБОВ. (усмехается) Если ты думаешь, что Алекс ограничится разбитой чашкой в ночном клубе, ты глубоко заблуждаешься. Он гуляет с размахом. Однажды я оплачивал ремонт Эйфелевой башни.

КУЗЯ. (смотрит на часы) Ничего, у меня ещё есть время. Вы должны мне сказать, почему начали его воспитывать только сейчас.

ЧИЧИБАБОВ. Что я тебе должен сказать?!

КУЗЯ. Не прикидывайтесь глухим. Я не верю, что вам просто надоело платить за Алекса штрафы и компенсации, и поэтому вы наняли няню для его перевоспитания. Почему вы раньше его не воспитывали?

ЧИЧИБАБОВ. (задумывается) Да чёрт его знает… Мне всю жизнь казалось, что я только и делаю, что его воспитываю. Всё – ему, всё для него, всё ради него…

КУЗЯ. Понятно.

ЧИЧИБАБОВ. Хочешь сказать, что Алекса надо было пороть?

КУЗЯ. Хочу сказать, что пороть надо было вас.

ЧИЧИБАБОВ. Так, всё. Свободен.

КУЗЯ. В каком смысле?

ЧИЧИБАБОВ. В прямом. Ты уволен.

КУЗЯ. Почему?

ЧИЧИБАБОВ. Потому что ты деревня! Тупой урод! Ты мизинца моего Алекса не стоишь. Вали к своей маме, к свиньям, к навозу! К девственно чистой природе! Господи, какой же я идиот – нанять няню взрослому сыну! Помутнение просто какое-то нашло…

КУЗЯ. (встаёт) До свидания.

ЧИЧИБАБОВ. Давай-давай, проваливай.

КУЗЯ. Приятно было познакомиться.

ЧИЧИБАБОВ. И рот держи на замке. Не дай бог, кто-нибудь узнает, где и кем ты работал! Даже маме не говори!

КУЗЯ. У меня нет секретов от мамы.

Кузя быстро уходит.

ЧИЧИБАБОВ. (орёт) Эй, ты куда?! Шмотки свои забери из квартиры, аферист! Вот козёл…

Роется в урне. Достаёт из урны электронную сигарету, раскуривает, прислушивается к ощущения, морщится, в сердцах выбрасывает сигарету в урну. Достает из кармана настоящую сигарету, прикуривает, уходит.

ЗТМ.

 

5. НОЧНОЙ КЛУБ

Играет музыка. Римтично вспыхивают разноцветные лампы, мелькает стробоскоп.

Кузя за ухо тащит Алекса через зал, Алекс едва успевает перебирать ногами.

АЛЕКС. Пусти! Больно!

Кузя продолжает его тащить, Алекс упирается.

АЛЕКС. Как ты меня нашёл?

КУЗЯ. Ты так орал про "Одинокого жирафа", что разбудил весь квартал.

АЛЕКС. А как тебя пропустили?

КУЗЯ. Молча.

АЛЕКС. Здесь же дресскод!

КУЗЯ. У меня чистая одежда.

АЛЕКС. И фейсконтроль.

КУЗЯ. У меня лицо, внушающее доверие.

АЛЕКС. Пусти! Я сам пойду!

КУЗЯ. Я больше тебе не верю.

ГОЛОС ВЕДУЩЕГО. А теперь на сцене звезда "Одинокого жирафа" Марина Саблина!

На экране к шесту подходит девушка, которую показывали по ТВ, начинает танцевать.

Увидев её, Кузя, открыв рот, замирает.

(изображение на экране можно заменить на настоящую актрису)

АЛЕКС. (трёт ухо) Эй, ты чего?

Кузя заворожённо смотрит на девушку на экране.

АЛЕКС. Эй, я тогда пошёл?

Кузя не реагирует.

Алекс делает вид, что убегает, изображая бег на месте и громко топая.

Кузя не реагирует.

АЛЕКС. (дёргает его за рукав) Ты чего, стриптизёрш, что ли, ни разу не видел?

Кузя не реагирует.

АЛЕКС. Или ты вообще женщин без одежды не видел?

Кузя не реагирует.

Алекс на цыпочках уходит. Кузя в полном потрясении смотрит на экран.

Алекс возвращается.

АЛЕКС. Не, ну я так не могу. Ты меня заинтриговал.

Кузя не реагирует.

Алекс трясёт его за плечо, заглядывает в глаза, щипает за щёку – ноль реакции.

Алекс наставляет Кузе "рога", делает с ним "селфи", продолжает издеваться и фотографировать – надевает на голову стул, ставит его в разные позы, оттягивает уши, снимает со стены декоративный венок, надевает ему на шею.

Выступление заканчивается. Кузя, очнувшись, смотрит на Алекса.

КУЗЯ. Что это было?

АЛЕКС. Это была Марина.

КУЗЯ. А повторить можно?

АЛЕКС. Можно. Сто долларов.

Кузя шарит по карманам, ему мешает венок на шее. Считает деньги.

КУЗЯ. У меня столько нет.

Алекс швыряет к экрану деньги, выступление начинается сначала. Кузя заворожено смотрит до тех пор, пока Марина не уходит со сцены.

АЛЕКС. Может, виски? Текилу? Ром? Чем тебя реанимировать?

КУЗЯ. Как зовут эту девушку?

АЛЕКС. Да какая разница! Они все сделаны по одному лекалу. Хочешь, познакомлю тебя с любой?

КУЗЯ. Нет, только с этой.

АЛЕКС. С этой нельзя, она замужем.

Кузя вздрагивает, словно ему отвесили пощёчину.

КУЗЯ. Как замужем?

АЛЕКС. Так.

КУЗЯ. Разве замужние здесь работают?

АЛЕКС. Замужние везде работают. Смирись с этой печальной действительностью.

КУЗЯ. Нет.

АЛЕКС. Что – нет?

КУЗЯ. Когда она станет моей женой, она здесь не будет работать.

Алекс внимательно смотрит на Кузю.

АЛЕКС. (вкрадчиво) А что она будет делать?

КУЗЯ. Всё то же самое, только для меня одного.

АЛЕКС. Кузя…

КУЗЯ. Что?

АЛЕКС. А у тебя диагноз какой?

КУЗЯ. Я не сумасшедший.

АЛЕКС. Мы все так думаем про себя.

КУЗЯ. Я просто всегда говорю то, что думаю.

АЛЕКС. Так это и есть самый страшный диагноз, Кузя. А вообще, знаешь, ты крутой чувак. Сиди здесь, я щас девчонку тебе подгоню и вискарь.

Алекс собирается уйти, но Кузя хватает его за руку.

КУЗЯ. Всё что надо, я сам себе подгоню.

АЛЕКС. Ты уверен, что – всё?

КУЗЯ. Абсолютно. А сейчас домой. Ты уже три часа как должен спать.

АЛЕКС. (дёргает руку) Да пошёл ты знаешь куда?!

КУЗЯ. (тащит его к выходу) Только вместе с тобой.

АЛЕКС. Охрана! Помогите!

У Алекса звонит телефон.

АЛЕКС. Да… (растерянно смотрит на Кузю) Это соседка… Меня обокрали!

ЗТМ.

 

6. КВАРТИРА АЛЕКСА

Выбитая дверь с косяком лежит на полу.

В комнате следы разгрома, как после воров – мебель перевёрнута, ящики шкафа выдвинуты, вещи разбросаны. Нетронут только старый чемодан.

Кузя сидит на полу, прижав к груди портрет мамы. Алекс прохаживается по комнате.

АЛЕКС. Всё подчистую вынесли!

КУЗЯ. Не все. Маму не тронули.

АЛЕКС. Да кому нужна твоя мама!

КУЗЯ. Что ты сказал?!

АЛЕКС. Я в том смысле, что её продать нельзя! Так же как и твой жутки… симпатичный чемодан.

КУЗЯ. Не нужно было меня запирать. Я бы не выбил дверь, и воры бы не залезли.

АЛЕКС. У меня даже одежды никакой не осталось…

Кузя встаёт, целует портрет мамы, ставит его на полку, достаёт из чемодана мешковатый костюм, протягивает его Алексу.

КУЗЯ. Вот, возьми, это парадный.

Алекс разворачивает костюм, прикладывает к себе – он слишком большой и нелепый.

АЛЕКС. Охренеть. Невиданная щедрость. Что за брэнд?

КУЗЯ. Ты же видел – это брэнд из моего чемодана.

АЛЕКС. Действительно, мог бы и догадаться…. А тебе не жалко?

КУЗЯ. Жалко. Но тебе он сейчас нужнее.

АЛЕКС. (отшвыривает костюм) Спасибо! Как-нибудь обойдусь без этого чехла для танка!

КУЗЯ. Немедленно извинись перед мамой!

АЛЕКС. За что?

КУЗЯ. Костюм шила она.

АЛЕКС. (портрету) Марта Игнатьевна! Вы чудовище! А сын ваш – дебил…

Алекс не успевает договорить, Кузя одним ударом отправляет его в нокаут, потом поднимает на руки, бережно кладёт на диван, снимает ботинки, накрывает пледом.

Поднимает костюм, бережно вешает его на спинку стула, засучивает рукава, начинает уборку, скрывается на кухне.

В выбитую дверь заходит Чичибабов.

ЧИЧИБАБОВ. Алекс! А что у тебя с дверью?! Почему косяк на полу?!.. Что происходит?!

Оглядывается, видит разгром, замечает Алекса на диване, бросается к нему, трясёт.

ЧИЧИБАБОВ. Алекс! Что он с тобой сделал?! Он тебя бил?

АЛЕКС. (стонет) Папа…

ЧИЧИБАБОВ. Прости меня, старого дурака! Господи, и где я нашёл этого неандертальца?

АЛЕКС. (приподнявшись) Да, папа, где?

ЧИЧИБАБОВ. Да по объявлению! По первому попавшемуся объявлению! Сам от себя не ожидал такого пердимонокля. Лежи, не двигайся, я сейчас. (звонит) Полиция! Меня обокрали, избили и изнасиловали!

АЛЕКС. Папа!!! Прекрати!

ЧИЧИБАБОВ. (Алексу) Морально, я имею в виду. (в трубку) Пишите имя преступника. Дорофеев Кузьма Егорович. Как, откуда знаю – так у меня договор с ним! Это няня моего сына!

АЛЕКС. (вырывает у него телефон) Папа! Кузя тут ни при чём!

ЧИЧИБАБОВ. Как это ни при чём?!

АЛЕКС. Так, ни при чём! Меня в клубе побили.

ЧИЧИБАБОВ. (оглядывается) А откуда этот разгром…

АЛЕКС. А это воры. Увидели – двери нет, – и не сдержались. Да хрен с ними, со шмотками. (портрету) Ой, извините, пожалуйста…

ЧИЧИБАБОВ. Я вот сейчас вообще ни черта не понял.

АЛЕКС. (шёпотом) Это Марта Игнатьевна! При ней ругаться нельзя. Ты извинись тоже на всякий случай.

ЧИЧИБАБОВ. (вскакивает) Да что творится-то?! Почему я должен извиняться перед портретом?!

Из кухни выходит Кузя. Он в фартуке, в руках у него нож.

КУЗЯ. Мама считает, что ругательства отпугивают ангелов-хранителей. Мой ангел – мама. Я не позволю её пугать. Так что, господин Чичибабов…

ЧИЧИБАБОВ. Ты что здесь делаешь, чучело?! Я же тебя выгнал!

КУЗЯ. Я не люблю повторять.

АЛЕКС. Пап, лучше извинись.

ЧИЧИБАБОВ. (портрету) Простите!

КУЗЯ. Я там картошечки пожарил на сале. Хотите?

ЧИЧИБАБОВ. (задыхаясь от ярости) Ты… Я тебя уволил! Вон!

КУЗЯ. Я никуда не уйду, пока не перевоспитаю вашего сына.

АЛЕКС. Я уже! Осознал, каюсь, больше не повторится, буду всегда себя хорошо вести! Пап, немедленно дай ему пять миллионов, и пусть больше ко мне не подходит!

ЧИЧИБАБОВ. Пинка я ему дам под зад, а не пять миллионов. (с сарказмом портрету) Простите, Марта Игнатьевна!

КУЗЯ. Пинка я не заслужил. Ваш сын со мной всего несколько часов, а уже научился не стучать и никого не закладывать. Ведь это его не в клубе избили, это я его ударил. За то, что он оскорбил мою маму.

Чичибабов удивлённо смотрит на Алекса.

ЧИЧИБАБОВ. Это правда, Алекс? Почему ты не сказал, что тебе избило это чудовище?!

АЛЕКС. Сам не знаю, как так получилось, пап…

ЧИЧИБАБОВ. Та-ак… Ты первый раз в жизни мне не пожаловался!

С интересом смотрит на Кузю, обходит вокруг него.

ЧИЧИБАБОВ. А знаешь, пожалуй, я, и правда, пока не буду его увольнять…

АЛЕКС. (со слезами) Папа!

ЧИЧИБАБОВ. Пожалуй, я подожду…

АЛЕКС. Папа, нет!

ЧИЧИБАБОВ. Подожду и посмотрю…что из этого выйдет. (суёт Кузе под нос кулак) Только чтобы больше пальцем его не трогал!

КУЗЯ. Это уж как получится.

Разворачивается, уходит на кухню.

АЛЕКС. Папа… А ты знаешь, какой сейчас процент суицида среди мажоров?

ЧИЧИБАБОВ. Знаю. Нулевой.

АЛЕКС. Так я открою счёт, папа! Исправлю статистику.

ЧИЧИБАБОВ. (хохочет) С такой няней?!

АЛЕКС. Именно с такой няней.

ЧИЧИБАБОВ. Ты ничего не понял, Алекс. С такой няней ты научишься ценить и любить каждую минуту своей жизни. Нет – каждую секунду. Правда, Марта Игнатьевна?

Заходит Кузя, ставит на стол сковороду с картошкой и доску с нарезанным чёрным хлебом.

КУЗЯ. Вы не переживайте, я дверь починю и косяк на место поставлю. Сам накосячил, сам и исправлю.

ЧИЧИБАБОВ. (нюхает сковороду) Простите, но я такое не ем.

АЛЕКС. (суёт ему вилку) Нет, ешь! Давай, получай удовольствие! От каждой минуты, нет – каждой секунды!

КУЗЯ. Да правда, чего вы… Подкрепитесь перед дорогой.

ЧИЧИБАБОВ. Какой дорогой?

КУЗЯ. Дальней. Мы утром на рыбалку поедем, я места знаю, где клюёт хорошо.

ЧИЧИБАБОВ. Вообще-то, утром у меня селекторное совещание с региональными представителями.

КУЗЯ. Утром у вас налаживание контакта с сыном через ловлю рыбы. Так что ужинайте и спать. А я дверь пока починю.

Кузя уходит, возвращается с молотком, поднимает дверь.

АЛЕКС. (гомерически хохочет) Понял?! Жри картошку с салом и готовь удочки, папа!

ЧИЧИБАБОВ. (задумчиво) А что… Мысль интересная…

Берёт вилку, ест картошку из сковороды.

АЛЕКС. Пап, ты серьезно?! А как же твоя работа?

ЧИЧИБАБОВ. Семья важнее.

АЛЕКС. Па-а-а-ап…

ЧИЧИБАБОВ. Хватит папкать! Не маленький. Будем контакт налаживать. Ты ешь картошку-то. Хорошая картошка, поджаристая. И хлебушек свежий.

Кузя стучит молотком, прибивая косяк. Чичибабов ест. Алекс пятится к окну, распахивает его, бросается вниз. Слышен крик, удар, треск. Чичибабов и Кузя бросаются к распахнутому окну, смотрят вниз.

КУЗЯ. Вон он, на ветке висит. Сейчас сниму, не волнуйтесь.

ЗТМ.

 

7. БЕРЕГ РЕКИ

На берегу реки с удочками сидят Кузя, Чичибабов и Алекс. У Алекса перевязаны голова, рука и нога, на нем мешковатый костюм Кузи. Он то и дело хлопает себя по шее и лицу, отбиваясь от комаров. Удары всё чаще и звонче. Лицо у Алекса очень мрачное.

ЧИЧИБАБОВ. Тише, Сашка, всю рыбу распугаешь.

АЛЕКС. Чёй-то я Сашкой вдруг стал?

ЧИЧИБАБОВ. (хмыкает) Да ты посмотри на себя, какой же ты Алекс?

Лицо у Алекса становится ещё мрачнее, он колотит себя по лицу и рукам ещё чаще и ещё звонче.

КУЗЯ. У тебя клюёт, Алекс.

ЧИЧИБАБОВ. Сашка! Поплавок дёргается! Тяни давай!

Алекс дёргает удочку, Кузя и Чичибабов бросаются к нему, происходит беспорядочная возня. Наконец, Чичибабов хватает леску с рыбой.

ЧИЧИБАБОВ. Ух ты! Рыба! Настоящая! Мокрая!

КУЗЯ. Это карасик.

АЛЕКС. Я, что, рыбу поймал?

ЧИЧИБАБОВ. Да, Сашка! Ты рыбу поймал!

АЛЕКС. Ура-а-а! (прыгает) Дайте для инстаграма сфоткаю! Уйдите из кадра! (достаёт телефон)

КУЗЯ. (забирает рыбу) Не надо никакого инстаграма. Не надо её фотать.

АЛЕКС. А что надо?

КУЗЯ. Пожалеть и отпустить…

АЛЕКС. Ага… Значит, хвастаться нехорошо, а к живому существу, которое от тебя зависит, надо проявлять благородные чувства. Я правильно понял этот воспитательный момент?

КУЗЯ. Правильно. Молодец.

Снимает рыбу с крючка, замахивается, чтобы бросить её в воду, Чичибабов перехватывает его руку с рыбой.

ЧИЧИБАБОВ. Минуточку! Вот тут я полностью не согласен! Если ты поймал рыбу, ты должен её съесть! Иначе эта рыба завтра сожрёт тебя!

Кузя резко толкает Чичибабова, тот летит в реку, слышится всплеск и крик Чичибабова.

АЛЕКС. Это что значит?

КУЗЯ. Это значит, что на любую силу всегда найдётся другая сила – более сильная.

АЛЕКС. Надо же, как наглядно и поучительно, просто с ума сойти… Пап, плыви сюда! (тянет руку вниз) Па-а-апа… Папа, где ты?! Давай руку!

КУЗЯ. Кажется, Аркадий Борисович камнем пошёл ко дну. Он не умеет плавать.

АЛЕКС. Па-а-апа, держись!!!!

Быстро раздевается, с грацией опытного ныряльщика сигает в воду.

КУЗЯ. (довольно потирает руки) Ну, вот и контакт наладился.

ЗТМ.

 

8. БЕРЕГ РЕКИ

У костра, кутаясь в какие-то тряпки и стуча зубами, сидят Чичибабов и Алекс.

Кузя приносит термос, разливает по кружкам чай.

КУЗЯ. Вот, выпейте чаю горячего, с липой, тогда не заболеете.

Алекс берёт кружку, стуча зубами, пьёт. Чичибабов медленно выливает чай в костёр.

ЧИЧИБАБОВ. Т-т-ты уволен.

АЛЕКС. П-п-п-п-п-правильно, п-п-п-пап, м-м-м-м-м-молодец!

КУЗЯ. Вы не можете меня уволить, Аркадий Борисович.

ЧИЧИБАБОВ. П-п-п-п-почему?

КУЗЯ. Потому что я занимаюсь делом, которое мне по душе. Вы можете мне не платить, но запретить мне заниматься воспитанием вашего сына никто не имеет права.

Чичибабов напряжённо смотрит на Кузю, Алекс испуганно смотрит на Чичибабова.

АЛЕКС. (жалобно) П-а-а-а-ап…

Чичибабов делает Алексу знак – "спокойно".

ЧИЧИБАБОВ. А хочешь, я рекомендацию тебе напишу? Что ты лучшая в мире няня? Да от желающих отбоя не будет! С моей рекомендацией тебя на части порвут!

КУЗЯ. Нет, не хочу. Мне по душе только ваш сын. С другими я работать не хочу и не буду.

Кузя вырывает у Чичибабова кружку, наливает в неё чай, протягивает.

КУЗЯ. Пейте, а то заболеете.

АЛЕКС. (испуганно) Пап, лучше выпей. Он чокнутый.

Чичибабов пьёт чай.

КУЗЯ. Можете считать, что я ненормальный. Я уверен, что потом вы измените своё мнение.

Кузя подкладывает дрова в костёр. Чичибабов и Алекс, прижавшись друг к другу, испуганно на него смотрят.

КУЗЯ. Хорошо горит. Вы пока грейтесь, а я пойду искупаюсь.

Кузя идёт к реке, на ходу сбрасывая одежду. Слышится всплеск воды.

АЛЕКС. (испуганно) Нет, он не чокнутый. Он механизм… Этот, как его… робот. А может, он… инопланетянин?! Точно, пап, его к нам заслали с другой планеты! Ты слышал, как он говорит – монотонно, на одной ноте, правильными предложениями, словно у него программа в голове, которая обрабатывает и переводит мысли на наш язык…

ЧИЧИБАБОВ. Сашка, бежим…

АЛЕКС. Что?

ЧИЧИБАБОВ. (вскакивает) Бежим, говорю, Сашка! Быстрее! А то он нас грохнет!

Алекс вскакивает, оба в панике убегают.

Слышится, как хлопают двери машины, заводится двигатель, машина с пробуксовкой срывается с места.

ЗТМ.

 

9. КВАРТИРА АЛЕКСА

Чичибабов и Алекс, уставшие и оборванные, заходят в квартиру.

Алекс в изнеможении падает на диван.

ЧИЧИБАБОВ. Я предупредил охрану, он больше здесь не появится.

АЛЕКС. Я боюсь, пап! Мне кажется, он… везде!

Чичибабов обнимает Алекса, гладит.

ЧИЧИБАБОВ. Ну, всё, всё, не дрожи, как заяц. Ты мужик или нет?

АЛЕКС. Мужик, и что? Это повод натравить на меня монстра?

ЧИЧИБАБОВ. Ну, извини… Я хотел как лучше.

АЛЕКС. У тебя получилось. Хорошо, что живы остались.

ЧИЧИБАБОВ. Алекс, я устал жить в постоянном страхе, что ты кого-то угробишь, или того хуже – угробишься сам. Ну, вот, правда, устал. А что делать, не знал…

АЛЕКС. Пап, не называй меня больше Алексом, называй Сашкой, ладно?

ЧИЧИБАБОВ. Хорошо, Сашка. (смотрит на Алекса, треплет по щекам) У-у-у, Сашка ты мой! Сто лет тебя не видел такого! Без шелухи всякой, без понтов! С нормальной испуганной рожей!!!

АЛЕКС. Я тебя тоже.

ЧИЧИБАБОВ. А ведь ты герой. Меня бы сейчас рыбы уже доедали. Карасики.

АЛЕКС. Слушай, сам не помню, как в воде оказался и как тебя вытащил.

ЧИЧИБАБОВ. Ну, вытащил нас этот питекантроп, допустим, но это не умаляет твоих заслуг! Слушай, а давай пообедаем нормально. Хочешь, столик закажу в ресторане? А то у меня от этой картошки с салом до сих пор изжога.

АЛЕКС. Пап, мне идти не в чем. Все шмотки украли, только вот этот чехол для танка остался. (показывает на костюм)

ЧИЧИБАБОВ. А я думал, ты без комплексов.

АЛЕКС. Я тоже так думал, пока не надел этот ужас… Ой, простите, Марта Игнатьевна!

ЧИЧИБАБОВ. Так…

Чичибабов берет портрет и чемодан, выставляет все это за дверь.

ЧИЧИБАБОВ. Всё, нет больше Марты Игнатьевны. Забудь.

АЛЕКС. Ура… (срывает с себя костюм) Ура!!! Пап, а давай суши закажем. Или осетинские пироги! Я ужасно проголодался. Или нет. Лучше обед из ресторана. Хочу обед!

ЧИЧИБАБОВ. А давай! Сто лет с тобой вместе не обедали. (звонит) Алё, это

ЧИЧИБАБОВ. (уходит на кухню) Мне, пожалуйста, на две персоны что-нибудь эдакое… изысканное!

АЛЕКС. (достаёт телефон, звонит) Дэн! Я вечером с вами! Ага, всё, от няни избавился! Навсегда. Хватит ржать! Всё, пока, у нас тут семейный обед наклёвывается. С кем, с кем, с папашей! Да сам не знаю, как до жизни такой докатился! Хватит ржать!

Заходит Чичибабов с бутылкой вина. Видно, что он слегка пьян.

ЧИЧИБАБОВ. Сашка… А ведь я перед тобой виноват!

Алекс отбирает у Чичибабова бутылку, пьёт из неё.

АЛЕКС. Да ладно, проехали.

ЧИЧИБАБОВ. Да я не про няню. Я не должен был отсуживать тебя у матери.

АЛЕКС. Пап, давай не будем об этом.

ЧИЧИБАБОВ. Это искалечило тебе психику.

АЛЕКС. Папа, не будем об этом.

ЧИЧИБАБОВ. Нет, ну ведь искалечило же, признайся! Все эти твои выходки с двенадцати лет – это бунт!

АЛЕКС. Какой, к черту, бунт? Против чего? У меня всегда всё было – по первому свистку!

ЧИЧИБАБОВ. А матери не было.

АЛЕКС. Ну и что?

ЧИЧИБАБОВ. У тебя было всё, кроме матери! Ты инвалид детства. Я это сегодня понял, когда тонул.

АЛЕКС. Папа, честное слово, я никогда не скучал по маме. Я её даже не помню.

ЧИЧИБАБОВ. Неправда, что не скучал. Я же видел… Видел, как ты смотрел на эту Марту Игнатьевну!

АЛЕКС. Как?

ЧИЧИБАБОВ. Как ребёнок на игрушку, которой у него никогда не будет.

АЛЕКС. Тебе показалось, папа.

ЧИЧИБАБОВ. (забирает вино, пьёт) Ты смотрел на эту Марту Игнатьевну и понимал, что у тебя никогда не будет такого вот ангела-хранителя. Ни за какие деньги.

АЛЕКС. Ничего я такого не думал.

ЧИЧИБАБОВ. А с какой готовностью ты перед ней извинялся!

АЛЕКС. Так рядом няня с ножом стояла!

ЧИЧИБАБОВ. А хочешь позвонить маме?

АЛЕКС. Как… позвонить? Она же умерла.

ЧИЧИБАБОВ. Это она для меня умерла. А для тебя должна быть жива.

АЛЕКС. Нет. Я не хочу звонить чужому человеку.

ЧИЧИБАБОВ. Жаль, что нет Кузи.

АЛЕКС. Что?

ЧИЧИБАБОВ. Он бы тебе быстро объяснил, что надо позвонить маме.

Звонок в дверь.

ЧИЧИБАБОВ. Надо же, как быстро обед доставили. Принеси тарелки.

Чичибабов идёт к двери. Алекс приносит из кухни тарелки, расставляет.

Чичибабов открывает дверь. Заходит Кузя. В одной руке у него чемодан, под мышкой зажат портрет, в другой руке – фирменный ресторанный пакет с продуктами.

КУЗЯ. Обед из ресторана заказывали?

Чичибабов и Алекс замирают.

АЛЕКС. Пап, это ты накаркал.

ЧИЧИБАБОВ. В каком это смысле?

КУЗЯ. Ты только что сказал – жаль, что нет Кузи…

ЧИЧИБАБОВ. Так, я не понял, а где охрана? Что ты сделал с моей охраной?!

КУЗЯ. Я с охраной договорился.

Кузя ставит пакет с продуктами на стол.

ЧИЧИБАБОВ. Ты, что, охрану мою… убил?

КУЗЯ. Убил и договорился – это не одно и то же.

Чичибабов и Алекс в ужасе переглядываются.

>Кузя целует портрет, ставит его на полку.

КУЗЯ. Моя мама лежала на сквозняке. Извинитесь перед ней.

ЧИЧИБАБОВ и АЛЕКС. (хором) Простите, Марта Игнатьевна! Мы больше не будем!

ЧИЧИБАБОВ. (заглядывает в пакет) С курьером из ресторана ты тоже… договорился?

КУЗЯ. Да. Он сказал, что ваш обед состоит из того, что вчера не доели на банкете в честь шестидесятилетия мэра. Так что вы тут пока посидите, а я сейчас картошечки пожарю.

АЛЕКС. Да я лучше объедки после мэра доем!

Кузя выхватывает у него пакет, выбрасывает его в окно.

КУЗЯ. Я же предупреждал, что лучше пропустить стадию бунта. Это пустая трата времени.

Кузя уходит на кухню. Алекс хватает бутылку вина, пьёт из горла. Чичибабов мелко и быстро крестится на портрет Марты Игнатьевны.

ЧИЧИБАБОВ. (приговаривает) Спаси и сохрани… Спаси и сохрани…

АЛЕКС. (испуганно) Пап, надо в полицию звонить!

ЧИЧИБАБОВ. Бесполезно, он с ней тоже договорится.

АЛЕКС. Тогда, может, в психушку? У них опыт и препараты. Ну, и вообще… заплатить можно, чтобы подольше не выписывали.

ЧИЧИБАБОВ. (выпучив глаза) Т-с-с! (глазами показывает на портрет) Она все слышит.

АЛЕКС. Да мы уже сами чокнулись с этой няней! (отворачивает портрет к стене)

Заходит Кузя со сковородой картошки и чёрным хлебом на доске.

КУЗЯ. Оказывается, вчерашняя осталась, я только разогрел.

Ставит сковороду и хлеб на стол.

ЧИЧИБАБОВ. А можно я пойду?

КУЗЯ. Нет.

ЧИЧИБАБОВ. Но вы же не моя няня!

КУЗЯ. Вашему сыну требуется общение с вами. Садимся, желаем друг другу хорошего аппетита, рассказываем, как провели день и делимся впечатлениями.

ЧИЧИБАБОВ. Но мы же вместе его провели!

КУЗЯ. Ну и что? Впечатления у всех разные.

Все садятся за стол. Алекс украдкой незаметно достаёт из шкафа какой-то пакетик.

Кузя раскладывает картошку по тарелкам.

ЧИЧИБАБОВ. Приятного аппетита, сынок.

АЛЕКС. Приятного аппетита, папа.

Все едят.

КУЗЯ. Я первый могу начать. Я провёл день хорошо. На моих глазах сын спас отца. Если бы я не столкнул отца в реку, сын никогда бы не узнал, что его отец не умеет плавать, а отец даже не догадался бы, что его прекрасный, отважный сын прекрасно ныряет.

ЧИЧИБАБОВ. Сашка, ты запросто мог свернуть шею. Ты же не знал, какая там глубина.

АЛЕКС. Раз караси водятся, значит, нормальная глубина.

ЧИЧИБАБОВ. То есть, если бы там караси не водились, ты не стал бы меня спасать?

АЛЕКС. Если бы там было по колено, папа, ты бы не утонул!

ЧИЧИБАБОВ. Да запросто!

КУЗЯ. Если хотите, можем проверить ваши чувства на мелководье.

АЛЕКС. Нет!

ЧИЧИБАБОВ. Не надо! Пожалуйста…

КУЗЯ. Тогда рассказывайте друг другу, как провели день.

ЧИЧИБАБОВ. Да паршиво провёл! Промок, замёрз, проголодался, чуть не утонул, пропустил важные переговоры, чем нанёс большие убытки бизнесу.

АЛЕКС. Понятно, тебя, как всегда, только бизнес волнует. (встаёт) Я вот прекрасно отдохнул сегодня! Искупался, порыбачил, свежим воздухом подышал! С няней своей поближе познакомился! (разливает вино по бокалам) Скажи, Кузя, ты взял нас в заложники?

КУЗЯ. Нет. Я хочу, чтобы вы научились понимать и жалеть друг друга. Это моя работа.

ЧИЧИБАБОВ. Я бы уточнил – хобби.

КУЗЯ. Ну, хорошо, хобби.

АЛЕКС. Ой, а что это Марта Игнатьевна к нам спиной?

Кузя бросается к портрету, поворачивает его.

Алекс быстро высыпает содержимое пакетика в бокал Кузи.

КУЗЯ. Мама! Кто отвернул маму?!

АЛЕКС. Я отвернул. Извинился и отвернул. Мне надо было переодеться.

КУЗЯ. Спасибо. Мама не должна себя чувствовать как в мужской раздевалке.

ЧИЧИБАБОВ. Не должна, это точно.

АЛЕКС. (поднимает бокал) За маму!

КУЗЯ. Я, вообще-то, не пью. Но за маму…

ЧИЧИБАБОВ. За маму грех не выпить!

Кузя делает маленький глоток из бокала.

АЛЕКС. Нет уж, до дна!

Кузя на секунду задумывается, залпом выпивает вино из бокала.

Алекс и Чичибабов тоже пьют.

ЧИЧИБАБОВ. (шёпотом) Что ты ему подсыпал?

АЛЕКС. Крутая штука. Щас его вштырит.

ЧИЧИБАБОВ. Ты с ума сошёл? Это, что, наркотик?

АЛЕКС. Да так, совсем лёгкий.

ЧИЧИБАБОВ. Он же под кайфом поубивает нас!

КУЗЯ. (осоловело) О чём вы шепчетесь?

ЧИЧИБАБОВ. (заискивающе) Обмениваемся впечатлениями.

КУЗЯ. (засыпая) Обменивайтесь громче, я должен контролировать ситуацию…

Кузя обмякает, роняет голову на стол, громко храпит.

ЧИЧИБАБОВ. Всё, вштырило.

АЛЕКС. (хватает телефон) Надо вызвать полицию!

Чичибабов выдёргивает из брюк ремень.

ЧИЧИБАБОВ. Сначала связать!

Вдвоём они связывают Кузю ремнём. Чичибабов вставляет ему кляп.

ЧИЧИБАБОВ. Простите, Марта Игнатьевна.

АЛЕКС. Да уж, не обессудьте. Обезвредили мы вашего сыночка. Как шведа под Полтавой.

ЧИЧИБАБОВ. Пошли быстрей! Что-то взгляд у Марты Игнатьевны нехороший.

Алекс бросается к двери, на ходу звонит.

АЛЕКС. Алё, полиция!

ЧИЧИБАБОВ. (хватает его за рукав) Не надо полицию! Его моя охрана на необитаемый остров вывезет.

АЛЕКС. Как бы он твою охрану туда не вывез!

Убегают.

ЗТМ.

 

10. КАБИНЕТ ЧИЧИБАБОВА

За столом Чичибабова сидит Алекс, разговаривает по телефону.

АЛЕКС. (скованно) Да. Хорошо. Ладно. Договорились. Я ещё позвоню. Да, может быть, когда-нибудь встретимся, мама.

Алекс кладёт трубку. Заходит Чичибабов, у него в руках чемодан Кузи.

ЧИЧИБАБОВ. Ну, как? Поговорили?

АЛЕКС. Вроде поговорили. А вроде и нет.

ЧИЧИБАБОВ. Хочешь, покажу тебе её фотографии?

АЛЕКС. Зачем?

ЧИЧИБАБОВ. Ты не хочешь знать, как выглядит сейчас твоя мать? Ты столько лет её не видел!

АЛЕКС. (мрачно) Если она выглядит, как Марта Игнатьевна, я повешусь.

ЧИЧИБАБОВ. Не боись! Твоя мама красавица. А главное, живёт в Америке. Доставать не будет.

АЛЕКС. (показывает на чемодан) Это что?

ЧИЧИБАБОВ. А ты не узнаёшь? Твою няню вышвырнули за сто первый километр. Больше ты её не увидишь.

АЛЕКС. (в ужасе) Убили, что ли?

ЧИЧИБАБОВ. Я сказал – вышвырнули. Это не одно и то же.

АЛЕКС. А чемодан?

ЧИЧИБАБОВ. А чемодан забыли. Не знаю теперь, что с ним делать.

Алекс забирает чемодан, раскрывает его, оттуда вываливается потрет Марты Игнатьевны. Алекс в ужасе от него отшатывается, смотрит в открытый чемодан, который забит письмами.

АЛЕКС. Надо же, письма. Все для Марты Игнатьевны… Почему-то без адреса. (достаёт какую-то бумагу, читает) Пап… А он ведь, и правда, псих… Псих натуральный!

ЧИЧИБАБОВ. А ты сомневался?

АЛЕКС. У него справка есть! Вот, смотри, тут диагноз.

ЧИЧИБАБОВ. (берёт справку, читает) "Шизотипическое расстройство личности". Господи, слава богу, что живы остались! Не удивлюсь, если он сбежал из психушки.

АЛЕКС. А можно я заберу чемодан?

ЧИЧИБАБОВ. Зачем?

АЛЕКС. Для прикола!

ЧИЧИБАБОВ. Бери, я понятия не имею, что с ним делать.

АЛЕКС. Ладно, я пошёл, пап.

Алекс поднимает портрет, кладёт в чемодан, идёт к двери, останавливается.

АЛЕКС. Па-а-ап… А ведь он заработал свои пять миллионов. За последние дни я ничего не нарушил, и даже желания нет.

ЧИЧИБАБОВ. Хочешь, чтобы я нашёл его и заплатил?

АЛЕКС. Нет. Хочу спросить – твои ребята не сильно его покалечили?

ЧИЧИБАБОВ. Понятия не имею. Можешь спросить об этом у самих ребят.

Алекс кивает, уходит. Чичибабов включает телевизор, нервно переключает каналы.

ЗТМ.

 

11. ЭКРАН

Проносится звуковой и видеоряд разгульной жизни – музыка, пьяные крики, женский визг, несущиеся на скорости машины, визг тормозов, фрагменты стриптиза, снова музыка, машины…

ГОЛОСА МУЖСКИЕ И ЖЕНСКИЕ. Ты куда, Алекс?! Эй, ты не едешь с нами?! Алекс!!!

ГОЛОС АЛЕКСА. Да пошли вы все!… Надоело!

 

12. КВАРТИРА АЛЕКСА

Алекс заходит в квартиру, у него потрёпанный, опустошённый вид. Алекс падает на диван, некоторое время лежит, уставившись в потолок. Звонит телефон, Алекс выхватывает его из кармана, отбрасывает. Встаёт, подходит к чемодану, который стоит в углу, открывает его, достаёт портрет, ставит на полку.

АЛЕКС. Здрасьте, Марта Игнатьевна, давно не виделись.

Достаёт мешковатый костюм.

АЛЕКС. Я переоденусь, вы не возражаете? Ой, простите!

Отворачивает портрет к стене, переодевается, разворачивает потрет к себе.

АЛЕКС. Прекрасный фасон, Марта Игнатьевна. Я прямо уже тащусь от него… Да вы всех ПьерКарденов уделали этим костюмом, правда… Пожалуйста, не смотрите на меня так укоризненно, я, правда, не знаю, где Кузя… Не знаю, и почему-то очень по нему скучаю…

Падает на диван лицом вниз, закрывает голову подушкой.

ЗТМ.

 

13. КВАРТИРА АЛЕКСА

В комнате полумрак.

Алекс лежит на диване с подушкой на голове.

Рядом разбросаны письма.

На столе портрет Марты Игнатьевны, сковорода с остатками картошки и доска с чёрным хлебом.

Настойчиво звенит дверной звонок.

Потом в дверь стучат.

Дверь открывается, заходит Чичибабов, включает свет.

ЧИЧИБАБОВ. Алекс! Почему дверь открыта? И на звонки ты не отвечаешь…

Снимает подушку с головы Алекса.

ЧИЧИБАБОВ. Что всё это значит?

АЛЕКС. (садится) Это значит, папа, что я не хочу никого видеть и слышать.

ЧИЧИБАБОВ. (садится рядом) Вчера опять пришёл штраф за превышение скорости и выезд на встречную полосу. А ещё за разбитую витрину в цветочном магазине и украденные корзины цветов. Алекс, когда ты угомонишься?

АЛЕКС. Никогда. Я теперь всю жизнь буду себе и тебе доказывать, что мы не должны Кузе пять миллионов. Я как был плохой мальчик, так им и остался.

ЧИЧИБАБОВ. (усмехается) Ну-ну! (поднимает конверт) Ты, что, читаешь его письма?

АЛЕКС. Да, все до одного прочитал! Сорок одно письмо.

ЧИЧИБАБОВ. И что пишет этот придурок Марте Игнатьевне?

АЛЕКС. Только одно слово – "Мама, мама, мама"… (разворачивает письма, показывает Чичибабову) Сорок одно письмо, в каждом по две страницы, на которых написано слово "мама".

ЧИЧИБАБОВ. Тяжёлый случай. Неизлечимый. Кстати, о маме. (достаёт билет, протягивает Алексу) Завтра ты летишь к ней.

Алекс берёт билет, рвёт его.

ЧИЧИБАБОВ. Что ты делаешь?

АЛЕКС. Если бы она хотела меня увидеть, то давно бы прилетела бы сама. Очень давно. Еще когда мне было двенадцать лет.

ЧИЧИБАБОВ. Она не могла! Я запретил ей даже приближаться к тебе! Я выиграл все суды.

АЛЕКС. А вот Марта Игнатьевна наплевала бы на суды! И на запреты твои наплевала бы! А хочешь картошечки? Я пожарил, с салом. В чемодане целый кусок нашёл.

ЧИЧИБАБОВ. Понятно, ты решил меня наказать. За украденное детство, за идиотскую выходку с этой няней… Я понимаю. (берёт вилку, ест картошку, давится, снова ест) Я всё понимаю! Я виноват! Очень виноват… Прощенья мне нет за твою изломанную судьбу. (давится, кашляет) А ты знаешь, кто на самом деле эта Марта Игнатьевна?

АЛЕКС. Кто?

ЧИЧИБАБОВ. Дай сюда планшет. Дай, дай…

Алекс протягивает Чичибабову планшет, он что-то там ищет.

ЧИЧИБАБОВ. Вот, полюбуйся.

Чичибабов протягивает Алексу планшет, он удивлённо смотрит в экран.

АЛЕКС. А почему Марта Игнатьевна в короне?

ЧИЧИБАБОВ. А потому что это королева Нидерландов!

АЛЕКС. Марта Игнатьевна? Королева?!

ЧИЧИБАБОВ. Тьфу ты! Да какая, к чёрту, Марта Игнатьевна! Это Её Величество Беатрикс! Я всё время думал – где я её видел, эту… Марту Игнатьевну. Вот! Вспомнил и нашёл в сети. Ты представляешь, этот псих вырезал из какого-то журнала фотографию Беатрикс, вставил в рамку и заставил нас перед ней извиняться!

АЛЕКС. Но он же на неё похож!

ЧИЧИБАБОВ. Потому и вырезал, что похож. Я к чему это… Поезжай к маме, а? Не к королеве какой-нибудь, а к настоящей, прекрасной маме, которая тебя любит и ждёт. Вон, видишь, как человека колбасит. (веером подбрасывает письма) Кого попало мамой готов назвать.

АЛЕКС. Хорошо. Я поеду.

ЧИЧИБАБОВ. Слава богу. Просто камень с души! Думаешь, меня все эти годы совесть не мучила? Ещё как… Я пару раз чуть было не сдался, хотел ей тебя отдать…

АЛЕКС. Только сначала ты скажешь, где Кузя.

ЧИЧИБАБОВ. Зачем он тебе?

АЛЕКС. Не знаю. Я должен его увидеть.

ЧИЧИБАБОВ. Нет, нет и нет.

АЛЕКС. Ты убил его?

ЧИЧИБАБОВ. Что ты несёшь?!

АЛЕКС. (хватает его за грудки) Признайся, твоя охрана его прикончила? Поэтому он до сих пор не вернулся?!

Алекс бросается на Чичибабова с кулаками. Чичибабов отбивает удар, Алекс отлетает и падает. Чичибабов поправляет костюм, приглаживает растрёпанные волосы.

ЧИЧИБАБОВ. Ты, правда, думаешь, что я буду руки марать о какого-то психа?

АЛЕКС. Скажи, где он… Ну, па-ап… Ты же знаешь! Ты всегда всё контролируешь и проверяешь. Скажи, где Кузя, а я обещаю, что съезжу к маме. И ты сможешь дальше жить с чистой совестью и без чувства вины.

ЧИЧИБАБОВ. Как же я устал от твоих капризов. С двенадцати лет только и ноешь – ну, па-а-ап, ну, па-а-ап… Ладно. (достаёт ручку, что-то пишет на одном из писем) Вот адрес. Только постарайся там не светиться. Не хватало ещё пересудов в прессе.

Алекс берёт конверт, смотрит на адрес, сходит с лица.

АЛЕКС. Ты это серьезно? Он там?

ЧИЧИБАБОВ. А что? На моем месте так поступил бы каждый нормальный человек.

АЛЕКС. Пап, кажется, я тебя ненавижу…

ЧИЧИБАБОВ. Правда? Вот новость-то. А я и не знал. Картошку, кстати, недожарил, сырая. Дрянная картошка, слышишь?!!

Чичибабов хлопает Алекса по плечу, уходит, но у двери останавливается, посылает воздушный поцелуй Марте Игнатьевне, хлопает дверью.

АЛЕКС. (портрету) Жаль, что вы не Марта Игнатьевна.

ЗТМ.

 

14. ПАЛАТА ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ БОЛЬНИЦЫ

На кровати, в смирительной рубашке, со связанными сзади рукавами сидит Кузя. Он безучастно смотрит в одну точку.

В палату врывается Алекс.

АЛЕКС. Кузя!

Кузя не реагирует, смотрит в одну точку.

Алекс хлопает его по плечу.

АЛЕКС. Не знаю, почему, но я рад тебя видеть!

Кузя не реагирует.

АЛЕКС. Вернее, знаю. Ты не отказался от меня даже когда папа сказал, что ты уволен и он тебе ничего не заплатит.

Кузя молчит.

АЛЕКС. А ещё мне твоя картошка понравилась…

Кузя не реагирует.

АЛЕКС. И рыбалка.

Кузя молчит.

АЛЕКС. И вообще, со мной в жизни никто так не возился, как ты.

Кузя не реагирует.

АЛЕКС. (трясёт Кузю) Кузя! Я подкупил санитаров, у нас есть три минуты, чтобы сбежать! (смотрит на часы) Уже две с половиной.

Кузя молчит.

АЛЕКС. (хватает его за руку) Кузя, бежим! Тебя здесь сгноят! Папа оплатил твоё пожизненное содержание! Это сумасшедшие деньги, они тут будет стараться на совесть! Да чем тебя обкололи, что ты как тюфяк?! Пошли, быстрее!!!

Алекс пытается тянуть Кузю к двери, но у него не хватает сил.

АЛЕКС. Минута осталась! Санитары сейчас нажмут на тревожную кнопку.

Кузя не реагирует.

АЛЕКС. (на секунду задумывается) Марина! Помнишь Марину из "Одинокого жирафа"?! (изображает движения у шеста) Она выступает через десять минут! Мы успеем!

Кузя вскакивает вместе с кроватью – он к ней привязан, – выбегает из палаты.

АЛЕКС. Стой! Тебя в клуб с кроватью не пустят!

Догоняет Кузю, отцепляет ремни.

АЛЕКС. Вот чокнутый…

Слышится сирена и голос по громкой связи.

ГОЛОС. Всем внимание! Тревога! Из отделения буйных сбежал пациент Кузьма Дорофеев! Срочно сообщить в полицию и организовать его поиски! Особое внимание обратить на то, что больной обладает способностью гипноза!

ЗТМ.

 

15. НОЧНОЙ КЛУБ

Алекс и Кузя сидят за столиком.

На экране выступает Марина.

Алекс пьёт коктейль через трубочку, перед Кузьмой тоже стоит коктейль, но он заворожённо смотрит на Марину. На нём смирительная рубашка, рукава по-прежнему завязаны за спиной.

АЛЕКС. Я наврал тебе, что она замужем. Можешь подкатить к ней.

КУЗЯ. Что значит – подкатить?

АЛЕКС. Заплатить и переспать.

КУЗЯ. Мне не надо переспать. Я жениться на ней хочу.

АЛЕКС. Зачем тебе такая жена?

КУЗЯ. Потому что другая мне не нужна.

АЛЕКС. А! Исчерпывающий ответ.

Марина на экране заканчивает выступление.

КУЗЯ. Развяжи меня.

АЛЕКС. Боюсь. В психушке сказали, что ты буйный.

КУЗЯ. А как же я буду… подкатывать?

АЛЕКС. Так и будешь. Я тут всем сказал, что у нас костюмированная вечеринка. Иди быстрее, в таком костюме ты ей понравишься.

Кузя быстро ковыляет к экрану, целует Марине ноги, что-то взволнованно говорит, красноречиво жестикулируя. Марина на экране смеётся, что-то отвечает. Кузя со счастливым, сияющим лицом возвращается к столику.

АЛЕКС. Ну, что, когда свадьба?

КУЗЯ. Пока только свидание. Завтра в восемь возле фонтана.

АЛЕКС. Вот видишь, я же говорил, что ты ей понравишься.

КУЗЯ. Она сказала, что я прикольный.

АЛЕКС. Крутая девчонка, правда?

КУЗЯ. Я это сразу понял. Ещё тогда…

Алекс хватает Кузю за руку, показывает на вход.

АЛЕКС. Смотри, к охраннику менты подошли!

КУЗЯ. И что?

АЛЕКС. Это облава! На тебя! Бежим!

Кузя вскакивает, бросается бежать, Алекс его останавливает.

АЛЕКС. Не туда! В туалете окно, там пожарная лестница!

КУЗЯ. Развяжи меня!

АЛЕКС. Я боюсь!

КУЗЯ. А чем я буду держаться за лестницу?

АЛЕКС. Зубами, Кузя! Я слышал, психические очень ловкие и сильные, особенно перед лицом смертельной опасности.

ЗТМ.

 

16. УЛИЦА

Кузя в смирительной рубашке со связанными за спиной руками и Алекс бегут по дороге.

КУЗЯ. Куда мы бежим?

АЛЕКС. Да чёрт его знает!

КУЗЯ. Меня всё равно поймают.

АЛЕКС. Не факт. Я попрошу папу, он заплатит, и за тобой перестанут охотиться.

КУЗЯ. Он уже заплатил за то, чтобы меня поймали, спрятали в психушку и держали там, пока я не умру.

АЛЕКС. Если я хорошо попрошу, он передумает.

КУЗЯ. (резко останавливается) Я не хочу быть твоей игрушкой.

АЛЕКС. (останавливается) Ты не игрушка, ты друг.

КУЗЯ. Если твой папа заплатит, чтобы за мной не охотились, я буду тебе обязан, а если я буду тебе обязан, то стану твоей собственностью и не смогу воспитывать тебя.

АЛЕКС. Ужас, что творится в твоей голове.

КУЗЯ. В моей голове порядок. Это у вас с папой – ужас.

Бегут дальше.

АЛЕКС. Зачем ты вырезал из журнала королеву Нидерландов, вставил в рамку и обозвал Мартой Игнатьевной?

КУЗЯ. Это тебе папа сказал?

АЛЕКС. И даже показал. В интернете.

КУЗЯ. Папа врёт. Интернет тоже.

АЛЕКС. Снова – исчерпывающий ответ… Даже возразить нечего!

КУЗЯ. Развяжи меня.

АЛЕКС. Нет.

КУЗЯ. А как же я побреюсь перед свиданием?

АЛЕКС. Я сам тебя побрею.

КУЗЯ. (останавливается) Ты сделал меня своим пленником? Тогда лучше снова в больницу.

Алекс вздыхает, с трудом развязывает рукава рубашки Кузи, помогая себе зубами.

АЛЕКС. Ну, прости. Только давай без этих твоих штучек с силовыми приёмами.

КУЗЯ. (разминая запястья) Это смотря как ты будешь себя вести. Я за тебя отвечаю.

АЛЕКС. Ну, началось… Ты хоть бы спасибо сказал!

КУЗЯ. За что?

АЛЕКС. За то, что я тебя выкрал.

КУЗЯ. Это ты мне должен спасибо сказать за то, что ты меня выкрал.

АЛЕКС. Потрясающе! Опять нечего возразить.

КУЗЯ. Я рад, что ты меня понимаешь.

Слышатся сирены.

АЛЕКС. Слышишь? Это тебя ищут.

Кузя садится на землю, закрывает руками голову.

КУЗЯ. Я не хочу в больницу.

АЛЕКС. У меня есть ещё одна квартира, о ней никто не знает, даже отец. Я спрячу тебя там. И Марту Игнатьевну тебе туда принесу.

КУЗЯ. (вытирая слёзы) Не хочу. Какая разница, где сидеть взаперти – в больнице или в твоей секретной квартире.

АЛЕКС. Получается, зря я тебя спас?

Кузя вскакивает, обнимает Алекса.

КУЗЯ. Нет, не зря. Я понял, что сделал из тебя человека.

АЛЕКС. Ты и Марта Игнатьевна!

КУЗЯ. Да, и мама.

АЛЕКС. Я всё-таки поговорю с папой, чтобы за тобой перестали охотиться.

КУЗЯ. Я сам с ним поговорю.

АЛЕКС. Ты до сих пор ничего не понял? Папа выполняет только мои капризы. Только мои. И ничьи больше.

КУЗЯ. Теперь понял. Я твой каприз.

АЛЕКС. Тьфу! Называй, как хочешь. (звонит) Алё, пап! Я буду пай-мальчиком, если ты… Что?! (растерянно опускает телефон) Секретарша сказала, что папа повесился…

ЗТМ.

 

17. КАБИНЕТ ЧИЧИБАБОВА

В кабинете на полу лежит Чичибабов с верёвкой на шее.

Забегают Кузя и Алекс. Алекс падает на колени перед Чичибабовым.

АЛЕКС. Он не дышит, Кузя…

КУЗЯ. (берёт конец верёвки) Ну да, он всё для этого сделал.

АЛЕКС. Секретарша сказала, что машина реанимации застряла в пробке, потому что в городе ловят какого-то психа… Тебя ловят! Это мы убили его! Слышишь, Кузя! Мы убили моего отца!

КУЗЯ. Разве он не сам повесился?

АЛЕКС. Сам! Ну и что! Когда человек вешается, он всегда верит, что его успеют спасти!

КУЗЯ. Да? Не знал.

АЛЕКС. Господи, что же делать-то… Папа! Па-ап… (рыдает)

КУЗЯ. Выйди отсюда.

АЛЕКС. Что?

Кузя поднимает Алекса за шиворот, ведёт к двери.

АЛЕКС. Ты что делаешь? Пусти! Пусти меня к папе! Черт, и зачем я тебя развязал!

Кузя выставляет Алекса из кабинета, закрывает дверь.

КУЗЯ. Сиди тихо и не дыши.

Кузя разминает кисти рук. Слышатся удары в дверь.

ГОЛОС АЛЕКСА. Пусти! Пусти немедленно, псих! Я сейчас в полицию позвоню!

Кузя, размяв руки, делает пассы над Чичибабовым, потом искусственное дыхание рот в рот, потом снова пассы с какими-то заклинаниями, снова дыхание рот в рот.

Чичибабов делает резкий вдох, видит склонившегося над ним Кузю, который вдыхает ему в рот очередную порцию воздуха.

В дверь продолжает колотить Алекс.

Чичибабов мычит, Кузя от него отстраняется, Чичибабов орёт во весь голос.

ГОЛОС АЛЕКСА. Пусти! Что ты там делаешь?! Немедленно открой дверь!

ЧИЧИБАБОВ. Как ты здесь оказался?!

КУЗЯ. Мы с Алексом убежали из психбольницы, потому что мне нужно было увидеть Марину.

ЧИЧИБАБОВ. Ка-а… какую Марину?

КУЗЯ. Мою будущую жену.

ЧИЧИБАБОВ. Ты… прикасался ко мне?

КУЗЯ. Конечно. Я делал вам искусственное дыхание, потому что машина реанимации застряла в пробке. А еще я знаю заклинание, как оживить человека, если он умер. В реанимации этого заклинания не знают, потому что я сам его придумал.

ЧИЧИБАБОВ. Я хотел умереть.

КУЗЯ. Неправда. Когда человек вешается, он всегда верит, что его успеют спасти.

Чичибабов брезгливо вытирает рукавом рот.

ЧИЧИБАБОВ. Сволочь… Гад… Паразит…Урод…

КУЗЯ. Мой диагноз через поцелуй не передаётся, не беспокойтесь.

ЧИЧИБАБОВ. Тварь! Как ты посмел ко мне прикоснуться!

КУЗЯ. Я же не мог вас спросить, вы умерли.

ЧИЧИБАБОВ. (орет) Кто тебя просил меня спасать?!

КУЗЯ. Никто, я всегда на автомате спасаю. Рефлекс нормального человека. А, что, у вас его нет?!

ЧИЧИБАБОВ. Нет! Рефлекс нормального человека – это не дуть в рот покойнику и не читать над ним самодельные заклинания, а обратиться к профессионалам!

КУЗЯ. Я же говорю – профессионалы в пробке застряли. Пришлось обходиться тем, что под рукой.

Алекс колотит в дверь, удары становятся всё сильнее.

КУЗЯ. Если вы действительно хотите умереть, я готов исправить свою ошибку. (берёт конец верёвки) Вы узел неправильно завязали на веревке. Я могу правильно завязать, тогда вы не сорвётесь.

Чичибабов вырывает конец верёвки, бросается к двери, открывает её.

ЧИЧИБАБОВ. Помогите! Убивают!

В распахнутую дверь по инерции влетает Алекс, едва не падает.

Чичибабов хватает его, прячется за его спину от Кузи.

АЛЕКС. Папа! Ты жив?!

ЧИЧИБАБОВ. Помрёшь тут с вами! Не подпускай его, он хочет меня повесить!

КУЗЯ. Вас не поймёшь. Спасаешь – плохо, вешаешь – тоже плохо. Как мне себя вести, чтобы вы, наконец, успокоились?

Алекс, крадучись, подходит к Кузе, хватает длинные рукава, связывает их за его спиной.

АЛЕКС. Надеюсь, ты не будешь против?

КУЗЬМА. Ну, если вам так спокойней…

ЧИЧИБАБОВ. Да! Нам так спокойней! Гораздо! А лучше привяжи его к стулу!

АЛЕКС. Пап, это ни к чему. Он с кроватью бегал как спринтер, а стул его в движениях вообще никак не ограничит, уж поверь мне.

Чичибабов выхватывает носовой платок, засовывает Кузе в рот, как кляп.

Достаёт из шкафа бутылку виски, наливает в стакан.

ЧИЧИБАБОВ. Да, я слышал, что сумасшедшие очень сильные. Зачем ты помог ему сбежать?

АЛЕКС. Не знаю. Я скучал по нему, папа.

ЧИЧИБАБОВ. Он же опасен!

АЛЕКС. Не всегда. Иногда он спасает. Отношения, совесть, жизнь. Вот так – бац! – за загривок и на правильный путь. Скажи, ведь это он тебя оживил?

Чичибабов нервно вытирает рукавом рот.

ЧИЧИБАБОВ. До конца жизни буду помнить, как эта мразь меня… Тьфу! Во мне его дыхание, фу! Ну, ничего, я уже нажал тревожную кнопку, сейчас его заберут…

АЛЕКС. Что ты сделал?

ЧИЧИБАБОВ. (показывает на шкаф, откуда он брал виски) Вот здесь у меня тревожная кнопка, а ты не знал?

АЛЕКС. Пап, ты не сделаешь этого.

ЧИЧИБАБОВ. Уже сделал!

АЛЕКС. Немедленно отмени вызов!

ЧИЧИБАБОВ. И не подумаю!

АЛЕКС. Папа, он безобидный как ребёнок!

ЧИЧИБАБОВ. Этот ребёнок только что чуть меня не повесил!

АЛЕКС. Папа… Ты повесился сам! Первый раз в жизни я прошу не за себя, а за кого-то! Отмени вызов и прикажи прекратить охоту за Кузей!

ЧИЧИБАБОВ. (показывает на Кузю) Ты считаешь, что этого психа можно оставлять на свободе?!

АЛЕКС. Да! Я так считаю!

ЧИЧИБАБОВ. Но он ненормальный!

АЛЕКС. А ты – нормальный?!

ЧИЧИБАБОВ. Да! Я – нормальный!

АЛЕКС. (хватает конец веревки) А вот это как тогда объяснить?

ЧИЧИБАБОВ. А это – заскок! Выпил, расстроился, загрустил…

АЛЕКС. Так вот, папа, мы все с заскоками. Все, поголовно. Поэтому отмени охоту на Кузю немедленно!

ЧИЧИБАБОВ. Нет! Проси все, что угодно, только не это.

КУЗЯ. (выплёвывает кляп) Пожалуйста, не ловите меня, пока я не схожу на свидание с Мариной. Пожалуйста…

ЧИЧИБАБОВ. Ещё не хватало, чтоб он Марину угробил!

АЛЕКС. Пап, я очень тебя прошу, отмени охоту! Ты мне никогда не отказывал.

ЧИЧИБАБОВ. Нет.

АЛЕКС. Слушай, я понял… Кажется, я всё понял! Ты решил, что ты пуп земли!

ЧИЧИБАБОВ. (хохочет) Кто бы говорил! Человек, за которого я каждую неделю плачу штрафы, потому что он носится на спортивной машине по тротуарам, паркам и детским площадкам! Который бьет витрины в магазинах, издевается над официантами в ресторанах, заправщиками на заправках и продавцами в магазинах только потому, что у него куча денег! Он унижает всех, кто ниже его по статусу и достатку, а ниже его в этом смысле практически все!!! Он ради забавы разбрасывает на дороге доллары и снимает давку из жаждущих их подобрать для инстаграма, он…

АЛЕКС. Заткнись. Я это делал, потому что ты – козёл!

Раздаётся стук в дверь.

ГОЛОСА. Откройте, полиция!

КУЗЯ. Пожалуйста, одно свидание с Мариной, только одно свидание…

АЛЕКС. Пап, я больше никогда тебя ни о чём не попрошу, только не трогай Кузю…

ЧИЧИБАБОВ. Нет.

АЛЕКС. Пап, ну он же не сумасшедший, он просто юродивый. Это безобиднейшие создания, они всегда были, во все времена, их никто никогда не трогал, они на площади народ развлекали, нам на гражданском праве об этом наш профессор рассказывал…

ЧИЧИБАБОВ. Дурак ваш профессор! Это ж надо на гражданском праве такое нести… Ты посмотри на этого монстра! Какой он юродивый? Юродивые, они маленькие, щуплые, милые и смешные!

АЛЕКС. Кузя такой и есть!!! Если присмотреться…

ГОЛОСА. Мы ломаем дверь!

ЧИЧИБАБОВ. Сашка, не дури, а?

КУЗЯ. (монотонно) Одно свидание с Мариной…

АЛЕКС. Зря я тебя из речки вытащил, папа… А ведь жизнью рисковал, там такое сильное течение было…

Чичибабов, подумав, идет к двери, открывает её, выходит.

ГОЛОС ЧИЧИБАБОВА. (за дверью) Простите, я случайно кнопку нажал, это ложный вызов. Я сейчас всё оплачу…

Алекс бросается к Кузе, обнимает его.

КУЗЯ. (плачет) Одно свидание с Мариной, только одно свидание…

Алекс гладит его по голове.

Возвращается Чичибабов.

ЧИЧИБАБОВ. Я всё уладил. Пришлось, правда, объяснять, почему у меня верёвка на шее…

Сдергивает верёвку, отбрасывает.

АЛЕКС. Спасибо, папа.

КУЗЯ. Мне очень нужно увидеть Марину и сказать ей, что она моя жена…

ЧИЧИБАБОВ. Все, хватит! Будет тебе свидание! Но охоту я отменить не могу. Я запустил машину, которая уже работает без меня. Но сутки у тебя есть – я что-нибудь придумаю, чтобы затруднить поиски.

КУЗЯ. Хорошо, через сутки я сдамся сам…

ЧИЧИБАБОВ. Да, так будет лучше.

АЛЕКС. Пошли, Кузя. Сутки – это целая жизнь.

Кузя встаёт, его лицо расплывается в счастливой улыбке.

КУЗЯ. А если не сдамся?

Чичибабов сходит с лица, резко отшатывается. Алекс хохочет.

АЛЕКС. Хорошая шутка!

Развязывает Кузе рукава.

ЧИЧИБАБОВ. Что ты делаешь?

АЛЕКС. Я всё правильно делаю, папа. У каждого должен быть свой Кузя, и иногда ему нужно развязывать рукава. Чтобы мозги на место вставали.

ЧИЧИБАБОВ. Все Кузи должны сидеть в специально отведённых местах.

АЛЕКС. Если Кузи будут сидеть в специально отведённых местах, кто скажет нам тогда правду? Кто?! Нет уж, Кузя должен быть у каждого рядом.

ЧИЧИБАБОВ. Все, уходите отсюда. Голова трещит, в горле першит и спать хочется. Дурдом на выезде…

АЛЕКС. А хочешь, оставлю его тебе на полчасика? По-моему, тебе тоже надо прочистить мозги!

Чичибабов в ужасе отшатывается. Кузя хватает Алекса за ухо, тащит к двери.

КУЗЯ. Хватит прикалываться, тебе спать пора.

АЛЕКС. (весело хохочет) А-а-а! Пусти! Я сам пойду, ножками!

КУЗЯ. (отпускает Алекса) Тогда давай в ногу – левой, правой, левой, правой…

Алекс со смехом подстраивается под шаг Кузи. Нога в ногу они уходят.

Чичибабов хватает телефон, звонит.

ЧИЧИБАБОВ. Полиция! Я знаю, как поймать сбежавшего психа! Да, знаю совершенно точно! Нет, я не псих, я Чичибабов!

ЗТМ.

 

18. УЛИЦА

Кузя и Алекс идут в ногу, Алекс очень старается, чтобы не сбиться.

КУЗЯ. А куда мы идём?

АЛЕКС. Ко мне. Тебе надо привести себя в порядок перед свиданием с Мариной.

КУЗЯ. Я в порядке.

АЛЕКС. Это тебе так кажется. На самом деле ты похож на чучело в огороде.

КУЗЯ. Это плохо?

АЛЕКС. Марину это может отпугнуть.

КУЗЯ, Марина ж не ворона.

АЛЕКС. Она женщина, а это почти одно и то же.

КУЗЯ. Неправда. Ты ничего не понимаешь в женщинах.

АЛЕКС. (останавливает Кузю) Правда? А ты понимаешь?

КУЗЯ. А я – понимаю.

АЛЕКС. И сколько их у тебя было?

КУЗЯ. Только Марина. Одна.

АЛЕКС. Ну, знаешь! Считай, что ты профан в этом вопросе.

КУЗЯ. А сколько должно быть женщин, чтобы в них понимать?

АЛЕКС. Ну, не знаю… Но точно не одна.

КУЗЯ. Женщины же не семечки – чем больше слузгаешь, тем лучше. Я лучше всех разбираюсь в женщинах, потому что у меня вот здесь и вот здесь (показывает на сердце и на лоб) только Марина.

АЛЕКС. Значит, так… Я тебя слушался, теперь ты меня будешь слушаться. А то Марина сбежит, так и не узнав, что ты её муж.

КУЗЯ. (подумав) Хорошо. Только к тебе домой я не пойду.

АЛЕКС. Почему?

КУЗЯ. Там меня ждёт полиция и санитары.

АЛЕКС. Ты не веришь моему отцу?

КУЗЯ. Нет. Я уверен, что как только мы ушли, он позвонил в полицию и у тебя дома нас ждёт наряд.

АЛЕКС. Может, в женщинах ты и лучше меня разбираешься, Кузя, но своего отца я знаю как облупленного. Если он пообещал мне, что тебя не тронут, значит, не тронут. Он подмажет, заплатит, разрулит, договорится, но обещание выполнит. Ты можешь ничего не бояться и разгуливать по городу совершенно спокойно. Мы можем даже зайти сейчас в кафе и мороженого поесть. Хочешь?

КУЗЯ. Я не ем сладкое. От него тупеют.

АЛЕКС. Ну, хочешь, в кино сходим?

КУЗЯ. Я не смотрю кино. От него тоже тупеют.

АЛЕКС. Тоже мне, интеллектуал… А чего ты хочешь?

КУЗЯ. Посадить на колени Марину и писать письма маме.

АЛЕКС. Мда… Вот бы мне научиться так чётко формулировать свои желания.

КУЗЯ. Я тебя научу.

АЛЕКС. Нисколько в этом не сомневаюсь. Пошли, нет у моего дома никакого наряда. И санитаров нет. Обещаю. Давай, левой, правой, левой, правой… (снова идут в ногу) Завтра я поговорю с отцом, и дожму его. Он кому надо заплатит, кого надо подмажет, с кем надо договорится, и тебя больше никогда не запрут в психушке, я обещаю. Никогда! Левой, правой…

КУЗЯ. Ты не знаешь своего отца.

АЛЕКС. Ты ошибаешься, Кузя. Он единственный, кого я хорошо знаю. Левой, правой…

КУЗЯ. Нет, не знаешь.

АЛЕКС. Если я скажу, что уйду от него навсегда, папа сделает всё, что угодно. Левой, правой!

КУЗЯ. Нет, не всё. Ты ведь когда был ребенком, просил его оставить тебя с мамой?

АЛЕКС. Откуда ты знаешь?

КУЗЯ. Значит, просил. А он не оставил. Даже встречаться не разрешил. Это не он делает, что ты хочешь, а все делают, что хочет он, в том числе и ты. Левой, правой… Дай слово, что ты будешь помогать моей маме, когда меня на всю жизнь привяжут к кровати.

АЛЕКС. Тебя больше никогда не привяжут к кровати.

КУЗЯ. Дай слово, или я тебя на дерево намотаю. Ты забыл, что я буйный?

АЛЕКС. Ладно, обещаю заботиться о Марте Игнатьевне как о родной.

Подходят к дому.

АЛЕКС. Вот видишь, нет никакой полиции. И санитаров нет.

КУЗЯ. (оглядывается) Да тут за каждым кустом санитары.

АЛЕКС. У-у… Да у тебя ещё и паранойя. Пойдём к мамочке. Королева волнуется, Кузя.

Алекс обнимает Кузю за плечи, ведет в дом.

ЗТМ.

 

19. КВАРТИРА АЛЕКСА

На столе сковорода с остатками жареной картошки и доска с чёрным хлебом.

Кузя сидит за столом, пишет письмо.

Алекс сидит на диване в наушниках, качается в такт музыке.

АЛЕКС. (снимает наушники) О чём ты ей пишешь, Кузя?

КУЗЯ. О том, что скоро женюсь.

АЛЕКС. А как же ты женишься, если уверен, что отец меня не послушает, и тебя снова привяжут к кровати?

КУЗЯ. Мы поженимся здесь. (стучит себя пальцем по лбу) И здесь. (стучит пальцем по груди) Этому твой папа никак помешать не сможет.

АЛЕКС. Интересная мысль. (встаёт) Давай, закругляйся, нужно на свидание собираться.

КУЗЯ. Я готов. (заклеивает конверт)

АЛЕКС. Ты обещал меня слушаться и не сопротивляться.

Кузя кладёт письмо в чемодан.

КУЗЯ. Я попробую.

Алекс открывает шкаф, бросает на диван вещи.

АЛЕКС. Придётся снять смирительную рубашку.

КУЗЯ. Я к ней привык. Она мне идёт.

АЛЕКС. Для костюмированной вечеринки она была хороша, но на первом свидании будет выглядеть странно.

Кузя разворачивает портрет к стене.

КУЗЯ. Мама, извини, я переоденусь.

АЛЕКС. Да, Марта Игнатьевна, полюбуйтесь пока видом из окна. (переставляет портрет на подоконник) Видите, тут неплохой вид, если не смотреть на мусорные контейнеры…

Кузя раздевается, берёт с дивана вещи.

КУЗЯ. На меня это не налезет.

АЛЕКС. Надевай. Это безразмерные шмотки. Фасон называется оверсайз.

Кузя надевает широкие штаны "афгани", толстовку с принтом и капюшоном. Штаны ему немного коротки, рукава тоже, но в целом получается вполне прилично.

АЛЕКС. (осматривает Кузю) Красавец. Только с головой надо что-то делать.

КУЗЯ. (хватается за голову) Аминазин?!

АЛЕКС. Щас, размечтался! Шампунь и ножницы. (достаёт из шкафа ножницы)

Кузя отшатывается.

АЛЕКС. (щёлкает ножницами) Не бойся, ничего лишнего не отрежу.

Толкает Кузю на стул, стрижёт космы, руками, расчёской и гелем формирует причёску из беспорядочных прядей – получается стильно. Кузя хихикает и взвизгивает под его руками.

АЛЕКС. Ну, вот… (разворачивает портрет) Как вам, Марта Игнатьевна?

КУЗЯ. (смотрит на портрет) По-моему, маме не нравится.

АЛЕКС. Главное, чтобы Марине понравилось.

КУЗЯ. Нет!

Рушит свою причёску, срывает с себя одежду.

КУЗЯ. Я не такой! Я вот такой!

Надевает смирительную рубашку.

КУЗЯ. Я не хочу ей врать.

АЛЕКС. Она же тебя пошлёт.

КУЗЯ. Не успеет. Я ей объясню, что она меня любит.

АЛЕКС. Ты обещал меня слушаться. Марта Игнатьевна, скажите ему!

Кузя вздыхает, снова переодевается.

АЛЕКС. У тебя в руках должны быть цветы.

КУЗЯ. Какие?

Алекс выходит, возвращается с роскошным букетом.

АЛЕКС. Вот эти. Я заказал букет.

Кузя вытягивает из букета один цветок.

КУЗЯ. Всё, больше не надо.

АЛЕКС. А правильно, нечего баловать… Запомни, первым делом ты должен будешь сказать, что она хорошо выглядит.

КУЗЯ. А если она будет плохо выглядеть?

АЛЕКС. Ну, попробуй, правду скажи… Учитывая, что свадьбу ты играешь вот здесь и здесь, (стучит Кузю по лбу и по груди) то ничего страшного. Если всё гладко пройдёт, пригласишь её в кафе. Денег я тебе дам. Что ты так смотришь? Или от кофе тоже тупеют?

КУЗЯ. Нет. Вернее, я не проверял.

АЛЕКС. Вот заодно и проверишь. (даёт Кузе деньги) Если вдруг до интима дойдёт, то вот… (протягивает упаковку презервативов) А то у тебя с наследственностью не очень.

КУЗЯ. (рассматривает презервативы) А что это?

АЛЕКС. Ты что, не знаешь?!

КУЗЯ. А! Знаю! (улыбается) Это очень хорошие штуки, девушкам нравятся. (кладёт презервативы в карман)

АЛЕКС. Ну, что, с боевым крещением?

КУЗЯ. Духи.

АЛЕКС. Что?

КУЗЯ. У тебя есть духи? Я должен хорошо пахнуть.

АЛЕКС. Ну, наконец-то! Хоть одна здравая мысль.

Берёт с полки одеколон, щедро поливает Кузю. Кузя поворачивается, чтобы струя попала со всех сторон. Идёт к двери походкой робота.

АЛЕКС. (бросается за ним) Подожди! Я с тобой.

КУЗЯ. Зачем?

АЛЕКС. Не знаю… В трудную минуту я должен быть рядом.

Кузя обнимает Алекса, от крепких объятий тот вскрикивает.

КУЗЯ. Спасибо. Ты настоящий друг. Только если начнешь ухаживать за Мариной, в космос без скафандра отправлю.

АЛЕКС. Марта Игнатьевна! Где он этого нахватался? Может, его снова связать?

КУЗЯ. (сгребает Алекса в охапку) Пошли. Потом поговоришь с мамой.

Уходят.

ЗТМ.

 

20. УЛИЦА

В полумраке на скамейке под фонарём сидит Кузя, обвешанный шарами из презервативов. Между коленей у него зажат цветок. Кузя, красный от усердия, надувает очередной шар, закручивает конец, достаёт из пачки ещё один презерватив, снова надувает.

Алекс сидит в укрытии за кустами, громко шепчет.

АЛЕКС. Это не шарики! Сдуй немедленно! Уходи оттуда! К тебе ни одна девушка не подойдёт!

Кузя закручивает ещё один шар, достаёт новый презерватив.

АЛЕКС. Кузя! Марина идёт! Она тебя видит!

Кузя тоже замечает Марину, встаёт, радостно улыбается, машет надутыми презервативами.

АЛЕКС. (почти кричит) Кузя! Это для другого! Брось немедленно! Прикинься шлангом! Пересядь на другую скамейку! Тьфу, идиот…

Слышится резкий рёв полицейских сирен. Свет гаснет, видны только сине-красные всполохи.

Слышен женский вскрик, звуки драки и сильных ударов, крик Кузи.

ГОЛОС АЛЕКСА. Не трогайте его! Отпустите!

Слышен звук отъезжающей машины.

КРИК АЛЕКСА. Кузя-а-а-а!

ЗТМ.

 

21. УЛИЦА

На скамейке с полусдутыми и обвисшими шарами из презервативов сидит Алекс. Одежда на нём разорвана. Он плачет, закрыв руками лицо.

Подходит Чичибабов, садится рядом, обнимает Алекса за плечи.

ЧИЧИБАБОВ. Ну, перестань…

Алекс отрывает лицо, отшатывается от Чичибабова. На лице у него кровоподтёк.

АЛЕКС. Не трогай меня!

ЧИЧИБАБОВ. Я всё правильно сделал. Он опасен.

АЛЕКС. (выпаливает) Это ты опасен! У него никогда не было свидания!

ЧИЧИБАБОВ. (лопает презервативы) Это я понял. Он ещё больший идиот, чем я думал.

АЛЕКС. Это было его первое свидание, и ты всё испортил. Как ты мог?!

ЧИЧИБАБОВ. А ты о девушке подумал?

АЛЕКС. Я тебя ненавижу!

ЧИЧИБАБОВ. Ты уже мне это говорил. И что? Мне снова повеситься?

Алекс достаёт из кармана и бросает Чичибабову на колени ключи от машины, квартиры, кошелёк, банковскую карту. Выворачивает карманы – не осталось ли что-то ещё.

ЧИЧИБАБОВ. Штаны тоже куплены на мои деньги.

Алекс срывает с себя одежду, бросает её Чичибабову.

ЧИЧИБАБОВ. Скучно. Всё это мы уже проходили. Прибежишь через десять секунд!

Алекс уходит в одних трусах. Чичибабов смотрит на часы, засекая время, сидит, время от времени лопая презервативы. Снова смотрит на часы, вскакивает.

ЧИЧИБАБОВ. Алекс! (мечется) Алекс! Вернись! Алекс!

ЗТМ.

 

22. ПАЛАТА

На кровати в смирительной рубашке сидит Кузя. Он снова привязан к кровати ремнями. Кузя смотрит в одну точку.

В палату решительно входит Чичибабов.

ЧИЧИБАБОВ. Тварь. Мерзкая сумасшедшая тварь.

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. Ты отнял у меня сына!

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. Я жил ради него! Работал ради него! Я всё в этой жизни делал ради Алекса! А он вдруг взял и привязался к какому-то психу!

Кузя молчит, смотрит в одну точку.

ЧИЧИБАБОВ. Я даже мать его убрал с дороги, чтобы она не мешала, чтобы я был для него главным и единственным! И тут вдруг ты – няня по объявлению!

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. Ты знаешь, почему я повесился?

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. Он сказал, что ненавидит меня. С чувством так сказал, искренне… Я поверил и залез в петлю. Нет, выпил перед этим, конечно, немало, не без этого. Но я первый раз в жизни понял, что мне без Сашки вообще ничего не надо и жить не хочется…

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. А потом ты в меня подышал, тьфу… (вытирает рукавом рот) вспомнить противно… и я увидел, как Сашка обрадовался, что я остался жив… Я увидел, что у него от радости слёзы в глазах, и подумал – слава богу, что я повесился. Пусть он теперь хоть сто раз на дню повторяет, что ненавидит меня, я ему не поверю…

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. Его третий день нет, слышишь?!

Кузя молчит. Чичибабов хватает его за рубашку, трясёт вместе с кроватью.

ЧИЧИБАБОВ. Его нет третий день! Он без денег, без машины, без жилья, без одежды! Где он?! Он не умеет так жить! Он к такой жизни не приспособлен! Он погибнет!

Кузя молчит.

ЧИЧИБАБОВ. (плачет) Я не знаю, что делать. Я не знаю, как жить. Вешаться не хочу больше, а жить не могу.

Развязывает рукава смирительной рубашки Кузи.

ЧИЧИБАБОВ. Слушай, а придуши меня, чего тебе стоит?

Кузя обнимает Чичибабова, гладит по голове. Чичибабов рыдает у него на груди.

ЧИЧИБАБОВ. Тварь ты. Мерзкая сумасшедшая тварь. А главное, я не знаю, как тебе помочь. Чем?! Ты же буйный!

Кузя кивает, гладит Чичибабова по голове.

ЧИЧИБАБОВ. Ну, переведу я тебя в хорошую дорогую клинику, так ведь там всё равно решётки на окнах и мягкие стены. Тебя ведь угнетают решётки на окнах и матрасы на стенах?!

Кузя молчит, гладит Чичибабова.

ЧИЧИБАБОВ. Я читал, ремиссия у таких больных бывает очень редко, и она кратковременная…Ты навсегда сумасшедший, понимаешь? Это неизлечимо… Юродивый…

Кузя молчит и гладит. Чичибабов скидывает с себя его руку.

ЧИЧИБАБОВ. Скажи, ты зачем королеву Нидерландов Мартой Игнатьевной обозвал?

КУЗЯ. Как хотел, так и обозвал.

ЧИЧИБАБОВ. Счастливый ты.

КУЗЯ. Да, очень.

ЧИЧИБАБОВ. Нищий, чокнутый, к кровати привязанный и счастливый. В отличие от меня. Придуши меня, а? Я, что, зря тебе руки развязывал? Тебе ничего за это не будет, а мне легче станет.

КУЗЯ. Если бы я мог, я бы давно придушил.

ЧИЧИБАБОВ. Логично.

КУЗЯ. Я не могу убивать. Хоть убейте.

ЧИЧИБАБОВ. И что мне делать?

КУЗЯ. Тут рядом отделение есть, там суицидальных лечат. Вам туда.

ЧИЧИБАБОВ. (вскакивает) Чего-о?!

КУЗЯ. Я сейчас вам врача вызову.

Кузя нажимает кнопку на стене, слышится сирена.

ЧИЧИБАБОВ. Это что?

КУЗЯ. У меня тут тревожная кнопка. А вы что, не знали?

ЧИЧИБАБОВ. Ты что натворил? Отключи немедленно!

КУЗЯ. Не могу, механизм запущен…

ЧИЧИБАБОВ. Я скажу, что ты пытался меня убить!

КУЗЯ. Говорите, что хотите. Тут везде камеры, ни них записано, что вы умоляли меня вас придушить.

ЗТМ.

Слышно, как открывается дверь, звуки борьбы.

ГОЛОС ЧИЧИБАБОВА. Отпустите меня! Отпустите!!!…

 

23. ПЕРЕД БОЛЬНИЦЕЙ

Алекс в мешковатом костюме Кузи стоит под окнами больницы, под мышкой у него портрет Марты Игнатьевны.

АЛЕКС. (кричит) Кузя!

В окне за решёткой появляется Чичибабов, он в смирительной рубашке, улыбается Алексу.

АЛЕКС. Папа?! Ты как там оказался?!

Чичибабов улыбается.

АЛЕКС. А где Кузя?!

Чичибабов пожимает плечами.

Слышится шёпот из кустов.

ГОЛОС КУЗИ. Я здесь!

Алекс оборачивается, видит в укрытии за кустами Кузю с привязанной за спиной кроватью. Алекс бросается к нему.

АЛЕКС. Что происходит?

КУЗЯ. У Марины через пятнадцать минут выступление. Я сбежал на полчасика. Выломал решетки и сбежал по пожарной лестнице.

АЛЕКС. С кроватью?

КУЗЯ. А что? Она удобная.

АЛЕКС. Ну да, действительно… А почему папа там?

КУЗЯ. Потому что он тебя любит.

АЛЕКС. Ничего не понимаю.

КУЗЯ. А, по-моему, всё понятно. Здесь половина больных на почве несчастной любви. Извини, я к Марине опаздываю.

Кузя разворачивается, убегает с кроватью на спине.

Чичибабов за решёткой улыбается.

АЛЕКС. Кузя! Стой! Марина здесь!

Кузя останавливается, оборачивается.

АЛЕКС. Я неделю на стройке работал, заплатил ей за выступление под твоим окном. Марина! Давай!

Алекс машет рукой, на экране на шесте танцует Марина. Кузя заворожённо на неё смотрит.

Чичибабов трепыхается в смирительной рубашке, высвобождает руки, показывает два больших пальца, поднятых вверх.

Алекс достает из-под мышки портрет Марты Игнатьевны.

АЛЕКС. Простите, Марта Игнатьевна, но на данный момент дела обстоят вот так.

КУЗЯ. Нет, не так, мама!

АЛЕКС. А как?

КУЗЯ. Подумай…

Алекс задумывается, смотрит на Чичибабова, который стоит в окне, обеими руками вцепившись в решётку.

Няня для взрослого сына или простите Марта Игнатьевна

АЛЕКС. Я люблю тебя, папа! Я тебя очень люблю! Когда тебя выпишут?

Чичибабов пожимает плечами, по его лицу текут слёзы.

Подходит Кузя с привязанной кроватью, забирает портрет, целует его.

КУЗЯ. Вот теперь все правильно, мама. Я хорошо сделал свою работу. Я молодец.

Марина с экрана посылает всем воздушный поцелуй.

КУЗЯ. Завтра нас с твоим папой выпишут. За пять миллионов долларов!

ЗАНАВЕС

 

Все права принадлежат автору и защищаются РАО и законом Р.Ф. об авторских правах.
Постановка пьесы возможна только после заключения прямого контракта между Автором и Театром.

Email:

ГЛАВНАЯ    КИНО    ТЕАТР    КНИГИ    ПЬЕСЫ    РАССКАЗЫ
АВТОРА!    ГАЛЕРЕЯ    ВИДЕО    ПРЕССА    ДРУЗЬЯ    КОНТАКТЫ
Дмитрий Степанов. Сценарист Сайт Алексея Макарова Ольга Степнова. Кино-Театр Ольга Степнова. Кинопоиск Ольга Степнова. Рускино Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Рейтинг@Mail.ru

© Ольга Степнова. 2004-2015