<ГЛАВНАЯ       КИНО       ТЕАТР       КНИГИ       ПЬЕСЫ       РАССКАЗЫ    
АВТОРА!    ГАЛЕРЕЯ    ВИДЕО    ПРЕССА    ДРУЗЬЯ    КОНТАКТЫ    

Email:

ПЬЕСЫ

ВНИМАНИЕ! ВСЕ АВТОРСКИЕ ПРАВА НА ПЬЕСУ ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНАМИ РОССИИ, МЕЖДУНАРОДНЫМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ, И ПРИНАДЛЕЖАТ АВТОРУ. ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЕЕ ИЗДАНИЕ И ПЕРЕИЗДАНИЕ, РАЗМНОЖЕНИЕ, ПУБЛИЧНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ, ПЕРЕВОД НА ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ, ВНЕСЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ В ТЕКСТ ПЬЕСЫ ПРИ ПОСТАНОВКЕ БЕЗ ПИСЬМЕННОГО РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА.
ПОСТАНОВКА ПЬЕСЫ ВОЗМОЖНА ТОЛЬКО ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПРЯМОГО ДОГОВОРА МЕЖДУ АВТОРОМ И ТЕАТРОМ.

СОПЕРРРНИЦЫ
драмедия

Всю жизнь они любят и ненавидят друг друга. Всю жизнь пытаются доказать, кто из них лучше, красивее, успешнее. Вся их жизнь – лучшее доказательство тому, что женской дружбы не существует. Но существует ли любовь матери к дочери – и дочери к матери? Или соперничество и есть суть двух очень близких, но таких далеких женщин?

Ольга Степнова. СопеРРРницы

Действующие лица:

РОЗА

АРТУР

ЖЕНЯ

1. КВАРТИРА РОЗЫ

Женя заходит в комнату.

Вешает на спинку стула клетчатый мужской пиджак.

Открывает тумбочку.

Роется в ней.

Достаёт шкатулку.

Открывает.

ЖЕНЯ. Роза! Ты не знаешь, где у нас обезболивающее?!

Тишина.

ЖЕНЯ. Роза! Здесь, в шкатулке, лежали обезболивающие таблетки! Где они?

Тишина.

ЖЕНЯ. Роза! Роза!!!

Появляется Роза.

Она в халате.

Волосы небрежно убраны в узел.

На лице ни грамма косметики.

Голова перетянута полотенцем.

РОЗА. (страдальчески морщится) Ты можешь кричать потише? У меня раскалывается голова.

ЖЕНЯ. (показывает шкатулку) Здесь были обезболивающие таблетки, где они?

РОЗА. Я их выпила.

ЖЕНЯ. Все?!

Роза садится за стол.

Тасует колоду карт.

За спиной у неё на спинке стула висит мужской пиджак.

РОЗА. Все.

ЖЕНЯ. Странно, что ты до сих пор в сознании.

РОЗА. У тебя что-то болит?

Женя закрывает шкатулку.

Убирает её в тумбочку.

Роза по одной выкидывает карты из колоды.

РОЗА. У тебя что-то болит, я спрашиваю?

ЖЕНЯ. Нет, всё хорошо.

РОЗА. Надо же, тебе выпал червовый король… Если не болит, тогда зачем понадобились таблетки? (выкидывает карту) А мне, как всегда… Пустые хлопоты. Зачем тебе таблетки, я спрашиваю?

ЖЕНЯ. (усмехается) Для червового короля.

РОЗА. Смешно. (отбрасывает карты) Женя, тебе не надоело?

ЖЕНЯ. Что?

РОЗА. Дурью маяться, Женя! Ты думаешь, я не понимаю, что вот эти твои возвращения домой в три часа ночи – это вызов?!

ЖЕНЯ. (устало) Это работа, Роза, при чём тут вызов? На Кутузовском – страшная авария с жертвами, я делала срочный репортаж в прямом эфире… Я репортер, Роза, и у меня ненормированный рабочий день!

РОЗА. Ты специально выбрала эту работу, чтобы меня изводить!

ЖЕНЯ. Я выбрала эту работу, потому что она мне нравится, Роза!

РОЗА. Нет, ты ее выбрала, чтобы я ни на секунду не могла расслабиться в собственном доме, чтобы днем и ночью ждала – когда хлопнет дверь, когда зашумит вода в ванной, когда на кухне зажжется свет, откроется холодильник, зазвенит посуда… Как я устала… Как же я устала от всего этого! У меня голова раскалывается…

Роза хватается за голову.

Замирает с мученическим выражением на лице.

ЖЕНЯ. (жестко) Я не буду снимать квартиру. У меня нет лишних денег.

РОЗА. Замуж… Почему… ты… не выходишь замуж?

ЖЕНЯ. А ты?

РОЗА. Ты серьезно?

ЖЕНЯ. Вполне.

Роза подходит к зеркалу, смотрит на свое отражение.

РОЗА. Для мужчин, которые нравятся мне, я слишком стара. Ты это хотела услышать?

Женя подходит к Розе.

ЖЕНЯ. Для мужчин, которые нравятся мне, я слишком самостоятельна.

РОЗА. Какой откровенный разговор… с ума сойти.

Роза срывает с головы полотенце, бросает его на стол.

РОЗА. Все-таки, скажи, что у тебя болит, раз уж мы так разоткровенничались друг с другом.

ЖЕНЯ. Ничего. Я искала таблетки не для себя.

РОЗА. А для кого?

ЖЕНЯ. Какого-то парня избили возле нашего подъезда.

РОЗА. Вызвала бы «Скорую», при чем тут мои таблетки?

ЖЕНЯ. Я хотела… Но он очень просил этого не делать.

РОЗА. Почему?

ЖЕНЯ. Откуда я знаю. Он лежал в луже крови, а когда я достала телефон, застонал и попросил – «не надо врачей!»

РОЗА. Ну, не надо так не надо, пусть дальше лежит в луже крови. (зевает) Надеюсь, на сегодня все? Я могу идти спать?

ЖЕНЯ. Иди.

Роза разворачивается.

Собирается уйти.

Замирает.

Медленно поворачивается.

Смотрит на клетчатый пиджак на спинке стула.

РОЗА. Это что?

ЖЕНЯ. Пиджак.

РОЗА. Почему он мужской?

ЖЕНЯ. Не знаю. Так получилось.

Роза наклоняется к пиджаку.

РОЗА. Это что на нем… кровь?

ЖЕНЯ. Я же говорю, парня избили.

РОЗА. И ты… что? Раздела его?

ЖЕНЯ. Да, чтобы посмотреть раны. Хотела дать обезболивающее, но ты его выпила.

РОЗА. Ты нормальная? Раздеть какого-то мужика возле подъезда и притащить в дом заразу…

ЖЕНЯ. Почему возле подъезда… Я дома его раздела.

Повисает напряженная пауза.

Роза вопросительно поднимает брови.

Показывает пальцем на дверь комнаты.

Женя кивает.

Роза бросается к пиджаку.

Обшаривает карманы.

ЖЕНЯ. Что ты делаешь?

РОЗА. Ты идиотка… Притащить в дом незнакомого мужика… А вдруг он тут сдохнет?! Дура!

ЖЕНЯ. (пожимает плечами) Все может быть. Ему очень плохо.

РОЗА. Ты сделала это, чтобы нагадить мне!

ЖЕНЯ. Думай, что хочешь.

РОЗА. Так, похоже, его ограбили… В карманах пусто. (достает леденец) Уй, ты, господи… Конфетка… (нюхает) Мятная. Какая же ты сволочь, Женька… Какая сволочь…

ЖЕНЯ. Музыка, а не слова. Тридцать один год их слышу.

РОЗА. Тебе помочь?

ЖЕНЯ. Чем?

РОЗА. Вынести твоего бомжа на улицу.

ЖЕНЯ. У него пиджак от Версаче. Какой же он бомж?

Роза хватает пиджак, смотрит лейбл.

РОЗА. А, то есть, ты решила – это твоя судьба…

ЖЕНЯ. Да нет, ты права. Я просто захотела тебе нагадить. И посмотреть, как ты будешь беситься.

РОЗА. Посмотрела? Довольна?

ЖЕНЯ. Вполне.

РОЗА. А теперь вон из моего дома!

ЖЕНЯ. Ты серьезно?

РОЗА. Вон! Лошадь здоровая! В покое меня оставь!

ЖЕНЯ. Пожалуйста.

Женя выходит.

Хлопает дверью.

Роза растеряна.

РОЗА. Подожди… А как же… (смотрит на пиджак)

Подходит к столу.

Одной рукой мешает разбросанные карты.

РОЗА. Дрянь… Дрянь… Дрянь… Как я могла родить такую паршивую дрянь… Зачем?

На последних словах в комнату заходит Артур.

Он голый по пояс.

У него под глазом кровоподтек.

Он очень хорош собой.

Прислонившись к косяку, Артур смотрит на Розу.

АРТУР. Какие страшные слова вы говорите.

Роза поворачивается к нему.

РОЗА. Вы можете ходить?

АРТУР. Да.

РОЗА. (стараясь держаться подальше) Выход там…

Артур идет к выходу.

РОЗА. Подождите! Пиджак заберите.

Артур возвращается.

Забирает пиджак.

Закинув его за спину, идет к выходу.

Слегка пошатнувшись, хватается за стул.

Не удерживает равновесие.

Падает.

Роза некоторое время смотрит на него.

Подходит.

Садится рядом.

Смотрит на Артра.

РОЗА. Пустые хлопоты… У меня всю жизнь одни пустые хлопоты.

АРТУР. (стонет) Пить…

РОЗА. Сейчас.

Встает, уходит.

Артур встает.

С трудом перебирается на диван.

Ложится.

Возвращается Роза со стаканом воды.

Протягивает стакан Артуру.

Артур пьет.

АРТУР. Почему вы ее так ненавидите?

РОЗА. Потому что она молодая… Потому что красивая. Потому что талантливая, свободная, умная…

Артур берет Розу за руку.

АРТУР. Вы думаете, что я умру, и поэтому говорите мне правду?

РОЗА. (вырывает руку) Ничего я не думаю. Я запуталась. Таблетки вот приготовила… (достает из кармана кучу блистеров с таблетками) Решила, выпью все сразу, если она не перестанет так со мной обращаться. Думаете, она обратила внимание, что нет всех таблеток? Нет, обратила, конечно, даже сказала – странно, что ты еще в сознании…

Артур берет руку Розы, кладет себе на лоб.

АРТУР. Потрите мне виски, пожалуйста, очень болит голова.

РОЗА. Давайте, я вызову «Скорую» и полицию.

АРТУР. Нет, не надо, пожалуйста. Не бойтесь, я не преступник.

Роза трет Артуру виски неуверенными прикосновениями.

РОЗА. И все-таки нужен врач.

АРТУР. Зачем? Синяки, ссадины, легкое сотрясение мозга… Отлежусь и уйду.

Роза склоняется над Артуром ниже.

Артур смотрит в вырез халата на ее грудь.

Роза смущается.

Запахивает халат.

Выпрямляется.

РОЗА. Как вас зовут?

Артур молчит.

РОЗА. Как вас зовут?

Артур хватается за голову.

Садится.

РОЗА. (тихо) Как вас зовут?

Артур тихо стонет.

Раскачивается из стороны в сторону.

РОЗА. (улыбается) Как же тебя зовут… (гладит Артура по плечу) Ничего… Ничего, это пройдет… Это пройдет.

ЗТМ.

 

2. УЛИЦА ПЕРЕД РЕСТОРАНОМ

Красно-синие всполохи мигалок.

Звуки полицейских сирен.

Мужской голос по рации:

«Никому не двигаться! Руки за голову! На пол! На пол, я сказал!»

Слышится топот ног.

Мужские крики.

Выходит Женя с микрофоном, в комбинезоне с эмблемой канала.

ЖЕНЯ. С вами Евгения Кострова, я веду свой репортаж из ресторана «Астрал», в подвале которого, как выяснилось в результате оперативных действий, размещалось подпольное казино. Анонимный звонок об этом поступил сегодня утром в районное ОВД, и вот немедленная реакция силовых структур – захвачены организаторы незаконного бизнеса и те, кто играл здесь в рулетку. Напомню, с вами Евгения Кострова, мы видим, как ОМОН ведет в автозаки тех, кому наплевать на закон о запрете игрового бизнеса в нашей стране. Что это?! Там женщина, она отчаянно сопротивляется… Свет, дайте туда свет!

Слышатся женские крики.

ЖЕНЯ. Как неожиданно… Посмотрите, даже омоновец не знает, что делать, он не ожидал такого отпора… Напоминаю, с вами Евгения Кострова… Женщина зубами вцепилась в перчатку силовика, он растерян и не знает, что предпринять. Дубинка… Воспользуется ли он ей, чтобы отрезвить азартную игроманку, судя по всему, женщина в возрасте… Стойте! Подождите!!! Отпустите ее!

Женя отбрасывает микрофон.

Бросается на крики.

ЖЕНЯ. Не бейте! Я Евгения Кострова! Репортер агентства новостей!

Голос Жени затихает, растворяясь в полицейских сиренах.

ЗТМ.

 

3. УЛИЦА ПЕРЕД ОТДЕЛЕНИЕМ ПОЛИЦИИ

Фонарь. Скамейка.

Выходит Роза.

Она в разорванном платье.

Макияж на лице размазан, волосы растрепаны.

Роза на каблуках, в руках маленький клатч.

Она выглядит намного моложе и привлекательнее, чем раньше.

Глаза горят.

Короткая юбка едва прикрывает колени.

Роза садится на скамейку.

К ней подходит Женя.

Роза достает из клатча сигареты.

Закуривает.

РОЗА. Класс! Это было просто потрясающе…

ЖЕНЯ. Может, я зря вмешалась? Пятнадцать суток административного ареста, а то и тюрьма от трех до пяти лет за оказание сопротивления сотруднику полиции прекрасно бы тебя развлекли!

РОЗА. Вот именно! Зачем ты меня спасла?! «Я Евгения Кострова! Я Евгения Кострова! Отпустите мою мать! Это недоразумение!». Такой кайф обломала. Я адреналин чувствовала в кончиках пальцев! Он стучал у меня в висках! Я первый раз за последние десять лет ощущала себя живой, молодой и красивой, а не старой заплесневелой развалиной, у которой впереди только дорога на кладбище – и больше никаких развлечений!

Женя садится на скамейку рядом с Розой.

ЖЕНЯ. Как ты там оказалась?

РОЗА. Никак.

ЖЕНЯ. Я спрашиваю, Роза – как ты там оказалась?! Ты должна сказать правду, потому что вполне возможно, мне придется отвечать на вопросы следователя.

РОЗА. Наври что-нибудь, ты же умеешь.

ЖЕНЯ. Чтобы правильно наврать, мне нужно знать правду.

РОЗА. Ну, хорошо. (тушит сигарету) Меня привел туда Артур.

ЖЕНЯ. Кто?

РОЗА. Артур. Которого ты ко мне притащила.

ЖЕНЯ. Он, что… до сих пор у тебя?

РОЗА. Да. Ему некуда идти, потому что он ничего не помнит. Ничегошеньки. Даже имя ему придумала я. Ар-тур. Красивое, правда? Как у короля.

ЖЕНЯ. Ты спишь с ним?

РОЗА. Почему сразу – спишь. У человека черепно-мозговая травма. Он боится врачей – панически. Пусть живет, пока не вспомнит… хоть что-нибудь.

ЖЕНЯ. А если не вспомнит?

РОЗА. (вздыхает) Господи… Да о таком я даже и мечтать не могу. Мой дом наполнился жизнью, понимаешь? В нем пахнет крепко заваренным кофе и мужским потом. Ночью я иногда просыпаюсь от храпа за стенкой, а иногда он… забывает… (восторженно) забывает опустить стульчак в туалете, представляешь?

ЖЕНЯ. Да уж… представляю.

РОЗА. Только вот не надо сарказма. В тот день, когда ты ушла…

ЖЕНЯ. Когда ты меня выгнала.

РОЗА. Да плевать, я уже и не помню… В тот день я хотела покончить с собой.

ЖЕНЯ. Я догадалась.

РОЗА. И не стала мешать?

ЖЕНЯ. Если человек всерьез хочет покончить с собой – никто и ничто не сможет ему помешать. А если это просто способ привлечь внимание, то извини… Это не ко мне.

Роза достает новую сигарету.

Закуривает.

РОЗА. Я, правда, хотела. Старость… Одиночество. Коленка болит… Врач сказал – артроз, возрастное… Утром смотрю на себя в зеркало и понимаю – с каждым днем эта баба, которая оттуда на меня смотрит, будет выглядеть все хуже и хуже… И тут – это мужское тело. Без мозгов, без матрицы, без прошлого, без идеалов… Чистый лист – пиши на нем, все, что хочешь.

ЖЕНЯ. И что ты написала?

РОЗА. Ар-тур. Пока больше ничего. Я наслаждаюсь запахами, храпом и поднятым стульчаком.

ЖЕНЯ (встает) Ладно, пойду. Противно смотреть на тебя. И слушать.

РОЗА. (встает) Подожди! Если будет допрос…Ну, в смысле, если следователь тебя спросит… Я сама попросила Артура найти для меня подпольное казино. Захотелось почему-то… не знаю… Эта баба в зеркале не оставляет мне шансов и времени… Когда кровь приливает к лицу, она выглядит немного моложе, но чтобы это случилось, нужен адреналин. Когда-нибудь ты поймешь меня.

ЖЕНЯ. Надеюсь, что нет.

РОЗА. Еще годик- два, и у тебя начнут появляться морщины. Овал лица поплывет… Вот здесь, на скулах, появятся брыли… Сначала едва заметные… А потом зеркало скажет – ша, приехали, назад дороги нет. А еще волосы… Ты их красишь, а они лезут, седые, особенно вот тут, на висках… Никогда не думала, что волосы так быстро растут – сантиметр в месяц, предательский сантиметр в месяц, который нужно все время закрашивать…

ЖЕНЯ. Кроме внешности, которая меня не волнует, у меня есть любимая работа, любимые книги, любимые друзья, любимая музыка, любимые страны, по которым я люблю путешествовать, любимые хобби – серфинг и подводное плавание. У меня есть имя, Роза. Я – Евгения Кострова! Даже если мне будет сто лет, и у меня будут вот такие брыли до плеч, я буду – Евгения Кострова!

РОЗА. (передразнивает старческим голосом) «С вами Евгения Кострова, я веду репортаж из собственной могилы…» Старухи никому не интересны, Женя. Скоро ты начнешь это понимать. Интересны молодые, горячие, резвые, дерзкие и красивые дурочки. Лет десять ты еще продержишься, а потом придет новая Евгения Кострова, свежая, как персик. И народ станет смотреть и слушать ее – даже если она будет глупее и бездарнее тебя, моя дорогая…

ЖЕНЯ. Ты рассуждаешь, как базарная торговка.

РОЗА. А все истины примитивны. Можешь придумывать все, что угодно, и гордиться своим умом. Но когда появятся брыли, ты поймешь, что миром правит свежая кровь, а тебя – списали в утиль. Кстати, мне показалось или в богатом перечне твоих достоинств не было любимого человека?

ЖЕНЯ. Нет, не было. Но будет, не переживай.

Стуча каблуками, Женя уходит.

РОЗА. (кричит вслед) Не опоздай! Часики тикают! И забери свои вещи! Они мне мешают достойно стареть!

ЗТМ.

 

4. КВАРТИРА РОЗЫ

Женя собирает вещи в дорожную сумку.

Бросает их небрежно – комом, – не складывая.

Заходит Артур, наблюдает за Женей.

Артур босиком, без рубашки.

АРТУР. Если я скажу, что Роза жалеет, что выгнала тебя, ты останешься?

ЖЕНЯ. У тебя нет никаких доказательств, что Роза переживает.

АРТУР. Я чувствую это на уровне энергетики. Флюиды в воздухе – «ах, зачем выгнала Джейн, мне так не хватает Джейн!..»

ЖЕНЯ. Лучше бы ты стульчак за собой опускал. И купил дезодорант.

Артур смущается.

Поднимает руки, нюхает себя под мышками.

АРТУР. Это тебе Роза сказала?

ЖЕНЯ. Да, она никогда не была деликатной.

АРТУР. Ужас, как стыдно…

ЖЕНЯ. Не переживай, ей все это нравится – и твоя забывчивость, и твоя потливость. Мужиком в доме запахло! У нее кровь в лицу прилила – адреналин. А с адреналином она кажется себе моложе…

Артур заглядывает в сумку, морщится.

АРТУР. А можно, я сложу твои вещи по-человечески?

Достает из сумки Жени все вещи.

Начинает их аккуратно складывать и упаковывать обратно в сумку.

АРТУР. У меня пунктик – ненавижу бардак…

Женя внимательно наблюдает за Артуром.

Среди вещей женское белье.

Артур складывает его ловко и без смущения.

ЖЕНЯ. С ума сойти… Руки так и летают… Ты никогда не был продавцом в магазине женской одежды?

АРТУР. Надеюсь, ты помнишь, что я ничего не помню?

ЖЕНЯ. Стараюсь этого не забывать. Но не всегда получается.

Артур кладет последнюю вещь в сумку.

Застегивает «молнию».

АРТУР. А Роза давно одна?

ЖЕНЯ. В смысле – без мужика?

АРТУР. Да. Наверное, я это хотел сказать.

ЖЕНЯ. Отец бросил нас, когда мне было пять лет. Знаешь, почему?

АРТУР. Почему?

ЖЕНЯ. Потому что у Розы был потрясающий голос. Она была оперная певица. Мировые гастроли, огромные гонорары, шикарная перспектива. Папочка поверить не мог, что отхватил такую звезду – он был всего лишь второй скрипкой в оркестре. А потом Роза заболела – ничего серьезного, небольшая операция на щитовидке… Но попался бездарный врач, он повредил Розе голосовые связки…

Повисает пауза.

ЖЕНЯ. Рухнуло все – карьера, личная жизнь… Папаша не смог смириться, что вместо оперной дивы женат на обычной училке сольфеджио, и удрал к другой оперной диве… Роза потеряла не только голос, она потеряла себя, стала злой завистливой сукой.

АРТУР. А ты не пробовала называть ее мамой?

ЖЕНЯ. Пробовала. Она говорит, что я мычу как корова, когда произношу это слово. И глаза у меня при этом как у коровы. И выражение лица.

Повисает пауза.

ЖЕНЯ. Имей в виду, я все это тебе рассказала только в расчете на твой склероз. Забудешь, как про стульчак, договорились?

АРТУР. (кивает) Уже забыл.

ГОЛОС РОЗЫ. Артур! Я нашла твой любимый кофе! Представляешь, тут через дорогу есть маленький магазинчик, я захожу – и стоит последняя пачка! Последняя! У нее немного повреждена упаковка, поэтому и осталась. Это же ничего, что упаковка повреждена?

Роза входит в комнату с пакетами в руках.

Она возбужденная, веселая, ярко накрашенная, на каблуках.

РОЗА. (не замечая Женю) А еще я купила тебе пару рубашек и носки. Отличная фирма – продавец сказал, что такие носит президент Франции. Наврал, конечно, но изобретательно, правда? Сейчас примерим… Ты не представляешь, как это круто – покупать на глаз носки и рубашки чужому мужику, которому сама придумала имя… Вот смеху будет, если не попала! А если попала – еще смешнее…

Роза бросает пакеты на диван.

Замечает Женю с сумкой.

Замирает.

РОЗА. И давно ты здесь?

Артур достает из пакета рубашки.

Надевает одну.

ЖЕНЯ. Часа два.

РОЗА. Могла бы позвонить.

ЖЕНЯ. У меня ключ. Зашла-ушла, зачем тебя дергать…

РОЗА. Все собрала, ничего не забыла?

ЖЕНЯ. Вроде все. Артур складывал мои лифчики, у него это так ловко получалось…

РОЗА. Все, до свидания. Буду смотреть тебя в телевизоре. Подожди… Чтобы все было, как у людей, дай поцелую тебя в щечку…

Роза подходит к Жене, чмокает ее в щеку.

Жена хватает Розу за плечи, прижимает к себе.

ЖЕНЯ. Мама…

РОЗА. (дергается) Ты что? Отпусти!

ЖЕНЯ. Мамочка… Ты правда, жалеешь, что я ушла?

РОЗА. С чего ты взяла?

Артур надевает носки.

АРТУР. С ума сойти… Как влитые! Роза, так не бывает! Я сам бы не смог так подобрать размер!

РОЗА. С чего ты взяла, что я жалею?

Женя делает неопределенный жест.

ЖЕНЯ. Флюиды в воздухе! «Зачем я выгнала Джейн… Мне так не хватает Джейн!..»

РОЗА. Убирайся отсюда. Взрослая баба… Чего ты ко мне привязалась? Живи отдельно, строй свою личную жизнь, работай, а ко мне – на чай по выходным, как все нормальные дети… Убирайся!

Женя хватает воображаемый микрофон, говорит, улыбаясь, словно на камеру.

ЖЕНЯ. С вами Евгения Кострова, я веду свой репортаж из собственной квартиры, где родная мать пытается выгнать меня из дома, потому что здесь появился молодой красивый мужик, у которого из-за черепно-мозговой травмы напрочь отшибло память! Красивый молодой мужик откликается на кличку Артур и любит сорт кофе, который непросто найти в магазинах…

Протягивает воображаемый микрофон Артуру.

ЖЕНЯ. Артур, вы спите с моей матерью?

АРТУР. Нет.

РОЗА. Вот дура…

ЖЕНЯ. Тогда почему она покупает вам носки и рубашки?

АРТУР. Не знаю.

Роза подскакивает к Жене, кричит в воображаемый микрофон.

РОЗА. Потому что человеку надеть нечего! Потому что человек в беде! Я просто хочу помочь человеку!

ЖЕНЯ. (в «микрофон») С вами была Евгения Кострова, следите за ситуацией, не переключайте канал…

РОЗА. Какая гадость – это твоя желтая пресса, Джейн… Тебе не противно рыться в чужом грязном белье?

ЖЕНЯ. Сейчас я роюсь в своём.

РОЗА. Не уходи от ответа. Думаешь, я не знаю, что когда нет жареных фактов, ты их придумываешь?! Это мерзко, подло, противно, создавать новости только ради паршивых рейтингов.

ЖЕНЯ. Адреналин нужен не только тебе. Я даю людям то, чего они хотят больше всего. А хотят они – подробности про чужую смерть, чужие болезни, чужую любовь и чужие измены. Что плохого в том, что когда не хватает таких леденящих душу и захватывающих событий, я сама их создаю? Я профессионал, нет – я профессионал высшего класса! Каналы за меня дерутся.

РОЗА. Да уж, чувство брезгливости тебе незнакомо… Интересно, ты смогла бы сделать шоу или как ты выражаешься – «прямой репортаж», – из своей собственной жизни ради рейтинга?

Женя отводит глаза, молчит.

РОЗА. Вот видишь, даже представить страшно, что тебя бросают на потеху публике как кусок мяса. А с другими ты это делаешь ежедневно – подглядываешь, подкарауливаешь, снимаешь из-за угла, набрасываешься с оглушающими вопросами, когда человек в шоке. Ты моральный урод, Джейн. Видеть тебя не могу. Уходи.

ЖЕНЯ. Ты как всегда мажешь меня одной черной краской, Роза. Я просто хорошо делаю свою работу.

РОЗА. Вот – сумка, вон – дверь!

Женя устало садится на диван.

ЖЕНЯ. Я остаюсь. Не могу на съемной квартире… Ночью пошла в туалет, ударилась об косяк в темноте – забыла, что на новом месте и не там повернула… Не могу! Все чужое – вид из окна, подъезд, лестница, лифт дурацкий, скрипит и трясется… А главное – запах… Во всех съемных квартирах почему-то пахнет старухами. Одинокими, больными старухами… Даже если квартира новая.

РОЗА. (после паузы) Возьми в шкафу чистое постельное белье и полотенце. Я все твоё отнесла в прачечную.

АРТУР. Девочки, я вам сейчас такой кофе сварю…

ЖЕНЯ. (встает) Сначала помоги разобрать мне сумку. Ты так утрамбовал мои шмотки, что я боюсь ее открывать.

Артур кивает, берет сумку, уносит ее в другую комнату.

Женя уходит за ним.

Роза садится на диван.

РОЗА. Все равно – ненавижу. Слышишь, Джейн, я тебя ненавижу!

ГОЛОС ЖЕНИ. Тоже мне новость!

ЗТМ.

 

5. УЛИЦА ПЕРЕД ДОМОМ

На улицу перед домом выходит Роза.

Подходит к лавочке.

Садится.

Достает из сумки сигареты.

Нервно ищет зажигалку.

В сумке.

В карманах.

И даже в декольте.

РОЗА. Черт… Молодой человек! Прикурить не найдется?!

Смотрит вдаль.

Убирает сигарету в сумку.

Усмехается.

РОЗА. Даже не оглянулся.

Достает из сумки зеркало.

Рассматривает себя с горечью на лице.

Убирает зеркало в сумку.

Смотрит вдаль.

Привстает.

РОЗА. Молодой человек!…

Сзади подходит Женя.

ЖЕНЯ. Все куришь? А еще жалуешься на морщины.

РОЗА. (садится) Тупой ученик сегодня попался. Просто невероятно тупой… У тебя нет зажигалки?

Женя садится рядом.

ЖЕНЯ. Нет. Сколько я помню, у тебя всегда тупые ученики. Не проще сменить работу?

РОЗА. Нет. Ты же знаешь, я больше ничего не умею. Только диезы, бемоли, синкопы, стокатто, легато, у тебя точно нет зажигалки?

ЖЕНЯ. (вдаль) Эй, чувак! Прикурить не найдется? (улыбается) Извините, спасибо… Видела? Он развел руками. Люди сейчас не курят. Это не модно.

РОЗА. Но как он на тебя посмотрел! И отозвался сразу…

ЖЕНЯ. У меня профессиональный нахрап. Если я окликну камень, он тоже отзовется.

РОЗА. (усмехается) Ну, ну… Проверять, надеюсь, не будем?

ЖЕНЯ. Знаешь, что больше всего старит женщину?

РОЗА. Что?

ЖЕНЯ. Лысый бородатый сын. У тебя же нет бородатого лысого сына?

РОЗА. (опешив) Нет…

ЖЕНЯ. Ну, и чего ты переживаешь?

РОЗА. У меня взрослая дочь. О-о-очень взрослая.

ЖЕНЯ. Это не считается. Ну-ка, окликни вон того парня.

РОЗА. Молодой человек…

ЖЕНЯ. Нет, не так. Ты должна требовать, а не просить. Иначе космос тебя не услышит.

РОЗА. Космос?

ЖЕНЯ. Ну, да, а ты, что, не к нему обращаешься?

Роза закидывает ногу на ногу, поддергивает юбку.

РОЗА. К нему, конечно. Эй, чувак!

ЖЕНЯ. Оба-на… Сразу трое обернулись. Я ж говорила.

РОЗА. Ну, еще бы… Конечно, если вести себя как последняя шлюха… Вон, один сюда идет. О цене будешь сама договариваться?

Подходит Артур.

ЖЕНЯ. Ты? Не узнала.

АРТУР. Хотел уйти по-английски. Не получилось.

РОЗА. Как уйти?

ЖЕНЯ. Куда уйти?

АРТУР. Не могу же я вечно сидеть у вас на шее. Решил сдаться врачам.

Повисает пауза.

ЖЕНЯ. Знаешь, куда тебя отправят врачи?

АРТУР. Куда?

ЖЕНЯ. В психушку.

РОЗА. Да, я тоже слышала, что с амнезией – туда.

АРТУР. Черт… (хватается за голову) Я не могу жить с черной дырой вместо памяти. Это невыносимо…

РОЗА. А я бы пожила… С удовольствием. Какое счастье – не помнить, кто ты… кто твои близкие… что было в прошлом… как тебя зовут и… сколько тебе лет. Я бы наслаждалась каждой минутой, каждым мгновением такой беспечной легкости существования. Это все равно, что сбросить с плеч тяжелый рюкзак, набитый ненужным хламом…

АРТУР. Я не хочу в психушку. Боюсь. Оттуда ведь можно не выйти, да?

РОЗА. Запросто. Или с рюкзаком, но уже с чужим. Я слышала, что от препаратов у человека меняется личность.

АРТУР. (стонет) Ничего не помню… Совсем ничего. (смотрит на руки) Не узнаю своих рук. (трогает лицо) И лицо чужое…

ЖЕНЯ. Память может вернуться в любой момент. Потерпи. Я каждый день проверяю сводки – кто-то же тебя должен искать…

АРТУР. А если у меня никого нет?

ЖЕНЯ. Значит, у тебя будем мы. Хотя бы какое-то время.

РОЗА. (тихо, в сторону) Ненавижу… Ненавижу тебя.

ЖЕНЯ. Что?

РОЗА. Я говорю, как удачно я обратилась к космосу – «Эй, чувак!». И подходит Артур, который решил слинять по-тихому. Кстати, Артур, у тебя есть зажигалка?

Артур протягивает Розе зажигалку.

РОЗА. Так это ж моя…

АРТУР. Черт, забыл положить тебе в сумку.

РОЗА. И все-таки мне иногда кажется, что ты проходимец.

АРТУР. Прости, ничем не могу это опровергнуть.

РОЗА. (прикуривает сигарету) А знаете, что… Кажется, я готова сменить работу.

ЖЕНЯ. И куда ты пойдешь?

РОЗА. (пожимает плечами) Понятия не имею. Хотя… (смотрит вдаль) Эй, чувак! А подкинь мне работу!…

ЗТМ.

 

6. КВАРТИРА РОЗЫ

Артур и Женя страстно целуются на кровати.

ЖЕНЯ. (задыхаясь) Сейчас Роза придет.

АРТУР. Еще рано. Ресторан работает до последнего клиента.

Целуются.

ЖЕНЯ. Я не могу так… Мне все время кажется, что она зайдет.

АРТУР. Пусть заходит.

ЖЕНЯ. Не хочу, чтобы она знала. Рано.

АРТУР. А по-моему, мы заигрались. Нужно раскрывать карты.

ЖЕНЯ. Не нужно. Не сейчас…

Женя отскакивает от Артура.

ЖЕНЯ. Пришла! Дверь хлопнула!

Быстро наводит на кровати порядок.

ЖЕНЯ. Помоги мне!

Артур помогает Жене застелить кровать.

ЖЕНЯ. Оденься!

Артур одевается, замирает.

ЖЕНЯ. Быстрее! Застегни пуговицы!

Артур не двигается.

Женя бросается к нему.

Застегивает пуговицы у него на рубашке.

Артур хватает Женю за руки.

АРТУР. Ты меня любишь или просто хочешь насолить матери?

ЖЕНЯ. Пусти!

ГОЛОС РОЗЫ. Эй, кто-нибудь дома есть?

АРТУР. Любишь или нет?

ЖЕНЯ. Люблю!

Артур отпускает Женю.

Она отходит в другой конец комнаты.

Берет ноутбук.

Садится с ним лицом ко входу.

Заходит Роза – босиком.

Туфли на каблуках держит в руках вместе с сумкой.

РОЗА. У вас тут в воздухе просто искрят разряды страсти и секса.

ЖЕНЯ. Тебе показалось.

РОЗА. Правда? И пуговицы не на ту застегнуты.

Показывает на рубашку Артура.

АРТУР. Неправда. На ту.

РОЗА. Ну, хорошо, пусть на ту.

Садится на кровать, трет ноги.

РОЗА. Как же болит колено. Весь день на ногах… Но я такая счастливая. Господи, если б я знала, что для счастья нужно всего лишь уволиться из музыкальной школы… Знаете, сколько чаевых мне оставил последний клиент?

АРТУР. Сколько?

Роза вынимает из сумки купюры.

РОЗА. Пятьсот долларов! Это плюс к остальным чаевым… Мне даже за частные уроки так не платили. Вот только колено сильно болит… Джейн, принеси чаю, сил нет вставать.

ЖЕНЯ. (встает, Артуру) Когда Роза в радужном настроении, она зовет меня Джейн…

Уходит.

Роза бросается к Артуру.

Обнимает его.

Целует.

Артур ей отвечает.

РОЗА. Соскучилась страшно! Скажи, она к тебе приставала?

АРТУР. Ну, что ты…

РОЗА. Приставала, я знаю. Женька, если вцепится в мужика, то пока не выжмет из него все соки, не отцепится. Знаешь, почему он до сих пор одна?

АРТУР. Почему?

РОЗА. Потому что в отношениях она мужик.

АРТУР. Как – мужик?

РОЗА. Очень просто. Попробуй заплатить за нее в ресторане. Или открыть перед ней дверь. Нет, она выйдет, конечно, про при этом больно наступит тебе на ногу, чтобы показать своё превосходство. В психологии есть такое понятие – «собака снизу, собака сверху». Так вот, Женька всегда сверху. Только со мной у нее это не получается.

АРТУР. Именно поэтому ты со мной спишь? Чтобы быть круче Женьки?!

РОЗА. А давай считать, что и поэтому тоже.

АРТУР. Могла бы соврать, что любишь меня.

РОЗА. Зачем врать? Люблю.

Роза целует Артура в губы.

Заходит Женя с чашкой в руке.

Артур отшатывается от Розы.

РОЗА. (Жене) Надеюсь, я не слишком перешла тебе дорогу?

Женя ставит чашку на стол.

ЖЕНЯ. Нет. Это был поцелуй тещи.

РОЗА. Какой еще тещи?

ЖЕНЯ. Артур сделал мне предложение.

РОЗА. Ты с ума сошла?

ЖЕНЯ. Артур, скажи Розе, что мы поженимся.

АРТУР. (растерянно) Я… да… поженимся… кажется…

РОЗА. Отлично! Снова пр

овалы в памяти?

АРТУР. Видимо, да…

РОЗА. (Жене) Надеюсь, ты согласилась?

ЖЕНЯ. Конечно. Нужно быть полной дурой, чтобы не согласиться выйти за него замуж.

РОЗА. (хохочет) А документы? Документы ты его видела? Он пустое место, никакого Артура не существует, даже имя ему дала я! Да может, он вообще женат!

ЖЕНЯ. Не женат. (берет ноутбук) И я прекрасно знаю, кто он такой.

РОЗА. (потрясенно) Кто?

Женя ставит ноутбук на стол.

Щелкает мышкой.

Открывает нужный файл.

ЖЕНЯ. Читай вслух.

РОЗА. «Громов Юрий Борисович, пропал без вести две недели назад, возраст тридцать девять лет, рост выше среднего, волосы темные, глаза карие. Глава строительного концерна «Да Винчи». При себе имел крупную сумму денег для передачи контрагенту. Уехал на автомобиле BMW седьмой модели цвета «хамелеон». Был одет в клетчатый пиджак от Версаче. Последний раз его машину зафиксировали камеры на проспекте Мира.

ЖЕНЯ. Могу добавить – не женат, детей нет, увлекается горными лыжами, любит собак… Вот его профиль в социальных сетях. Была любимая девушка, они жили гражданским браком, но она его бросила ради более выгодной партии…

Повисает пауза.

РОЗА. А я так надеялась, что ты какой-нибудь проходимец…

АРТУР. Если честно, я тоже на это надеялся. Поэтому вел себя, как проходимец.

РОЗА. А адрес? У тебя есть адрес, где он живет?

ЖЕНЯ. (усмехается) Есть. Так как – берешь меня замуж?

АРТУР. Мне надо подумать…

РОЗА. Дрянь. Зачем ты все это раскопала? Почему ты всегда всех под себя нагибаешь? Почему ты не позволила ему самому вспомнить, кто он?! Почему… не оставила мне это шаткое счастье - думать, что я кручу любовь с молодым мужиком? Почему не дала мне еще немножко побыть счастливой?!

ЖЕНЯ. Потому что я тоже хочу быть счастливой, Роза!

РОЗА. У тебя впереди много времени… А у меня его нет!

ЖЕНЯ. Я не виновата, что ты так бездарно распоряжалась своим временем! Тратила его на нелюбимую работу, на злость, на зависть, и еще черт знает на что! Пошли, Юра, я знаю, где ты живешь.

Женя берет Артура за руку, ведет к двери.

РОЗА. Артур!…

Артур и Женя уходят.

Роза бросается на кровать.

Рыдает.

ЗТМ.

 

7. УЛИЦА ПЕРЕД ЗАГСОМ

На авансцену выходит Женя.

Она в комбинезоне, с микрофоном в руках.

ЖЕНЯ. С вами Евгения Кострова, я веду свой репортаж со свадьбы известного бизнесмена Юрия Громова. Его избранницей стала сорокадевятилетняя Роза Кострова…

Появляются Артур в смокинге и Роза в свадебном платье.

РОЗА. (с каменной улыбкой) Могла бы не говорить, сколько мне лет…

ЖЕНЯ. (в микрофон) Да, слухи, которые ходят в интернете, верны – Роза Кострова моя мать. Да, я собиралась за Громова замуж, я полгода жила с Громовым качестве гражданской жены, готовилась к свадьбе, но он ушел к Розе и сделал ей предложение. (голос дрожит) Одно несомненно – это самая грандиозная свадебная церемония в нашем городе за последнее время. Вместо традиционных пригласительных открыток на церемонию бракосочетания молодые выслали родным и друзьям изящные шкатулки с золотыми пластинками, на которых выгравированы имена молодоженов, а также дата и место проведения церемонии – концертный зал «Олимпийский». К алтарю невеста пошла в роскошном платье от известного модельера Валериана Ромашина. Ведущими вечера выступают самые одиозные медийные персоны – Роберт Лазарев и Олеся Арбузова. Гостей развлекают специально приглашенные звезды ДиДжей Прайм, Михаил Стасов и Вера Рублева, они исполнят со сцены «Олимпийского» свои самые известные хиты. Гостей на вечеринку привозят специально нанятые лимузины «Hummer». Такого количества длинных джипов столица еще никогда не видела. А сам «Олимпийский» превращен в сказочную цветочную страну. По данным осведомленных инсайдеров, только на услуги флористов потрачено почти полмиллиона нерусских рублей. Не переключайте канал, следите за ситуацией, вас ждут прямые включения

Женя в слезах убегает.

Артур и Роза целуются.

Звучит свадебный марш.

ЗТМ.

 

8. КВАРТИРА АРТУРА

Заходит Роза.

У нее вид богатой, благополучной женщины.

Она вертит на пальце ключи от машины.

РОЗА. Артур! Я опять разбила машину!

Выходит Артур в халате.

Во рту зубная щетка.

Через плечо перекинуто полотенце.

Достает зубную щетку изо рта.

АРТУР. Юра! Ты должна сказать – «Юра! Я опять разбила машину!». Повтори.

Роза бросает ключи на стол.

РОЗА. Юра, я опять разбила машину. Там был столб, мне показалось, он далеко, и я прекрасно прохожу вместе с зеркалом.

АРТУР. Ты совсем не чувствуешь габаритов. Говорю же – бери водителя.

РОЗА. Я всю жизнь мечтала сидеть за рулем. Красивое платье, распущенные волосы, каблуки и – небрежно так, одной рукой, - вжик, вжик… Артур, я ее сильно разбила. Сильнее, чем в прошлый раз.

АРТУР. Юра… Скажи – «Юра, сильнее, чем в прошлый раз».

Роза подходит к Артуру, целует.

РОЗА. Неродное какое-то имя… чужое. Можно, я упрусь рогом и не буду называть тебя Юрой?

АРТУР. Нельзя!

Засовывает щетку за щеку.

Уходит.

Роза садится на диван.

Звонит по телефону.

Сбрасывает.

Снова звонит.

Снова сбрасывает.

РОЗА. Юра, я люблю тебя.

ГОЛОС АРТУРА. Я тебя тоже!

РОЗА. Юра, пусть водитель загонит мою машину в гараж!

Заходит Артур.

Промакивает полотенцем сначала лицо, потом шею.

АРТУР. Нет уж, сама, моя дорогая. Сама. Небрежно, одной рукой – вжик, вжик, - как ты умеешь…

РОЗА. Я не смогу. Разнесу там все к чертовой матери…

АРТУР. Ничего. Я починю. Я привык.

Роза снова набирает и сбрасывает номер в телефоне.

РОЗА. Ничего не понимаю… Куда делась Джейн?

АРТУР. А куда она делась?

РОЗА. Она две недели не отвечает на телефонные звонки.

АРТУР. А почему она должна тебе отвечать? Ты увела у нее мужа.

РОЗА. Не мужа, а любовника, это во-первых… Во-вторых – мне нужно знать, что там с моей квартирой.

АРТУР. Все в порядке с твоей квартирой.

РОЗА. Откуда ты знаешь? (вскакивает) Ты у нее бываешь?!

АРТУР. Нет, Роза. Сядь. Последний раз я видел Женю на нашей свадьбе.

РОЗА. Врешь. Ты так сказал, будто знаешь, где она и что с ней. Ее нет уже месяц в эфире! Вчера был репортаж о взрыве газа в жилом доме, и его вела какая-то лупоглазая пигалица. Женька такую тему никому не отдаст! С ней что-то случилось, иначе из каждого утюга неслось бы – «С вами Евгения Кострова, не переключайте канал!». Где Джейн?! Говори!

АРТУР. Я не знаю. Честно.

РОЗА. А глаза бегают… И мочки ушей покраснели. Вы любовники?! Она беременна от тебя?! И поэтому не работает?!

АРТУР. О, господи! Я не видел ее сто лет! Можешь пытать меня горячим паяльником.

РОЗА. Извини. Но я что-то, правда, волнуюсь.

АРТУР. Женька взрослый человек. Есть сто причин, по которым она не появляется в эфире и не отвечает на телефонные звонки. Сменила работу, уехала отдыхать, нашла новую любовь, наконец.

РОЗА. Она никогда не сменит эту работу. Женька с детства любила стоять на табуретке и рассказывать стихи. Другие дети стеснялись, а она – с удовольствием. Меня это раздражало безмерно. Девочка должна быть стеснительной – глазки в пол… Эта работа для нее – табуретка. Возможность встать над толпой, показать себя, почувствовать себя лучше других и покрасоваться. Нет, она не могла поменять работу… Отдых? Не знаю. Женька любит нырять с аквалангом и всякие глупости типа серфинга, но она была в отпуске всего полгода назад, и сейчас ее никто не отпустит.

АРТУР. Тогда – новая любовь?

РОЗА. Если бы у Женьки появился мужик, она раструбила бы об этом всему миру, а не ушла в подполье. Нет, что-то неспокойно у меня на сердце.

Артур хватает Розу за плечи.

АРТУР. Тебе неспокойно не от того, что она пропала, а от того, что она не видит твоего триумфа над ней. Муж, машины, тусовки, наряды, бриллианты в ушах размером с перепелиные яйца… Правда ведь?

РОЗА. Ты с ума сошел? Отпусти, больно…

Артур отпускает Розу.

Она трет плечо.

РОЗА. Неправда… Никакого триумфа. Я, правда, беспокоюсь – куда пропал человек.

АРТУР. Дочь! Дочь, а не человек!

РОЗА. Почему ты меня все время тычешь носом в материнские чувства? Ну, нет их у меня! Нет! Я не могу их испытывать к взрослой самостоятельной бабе! А хочешь, рожу тебе? Сейчас у меня будет достаточная разница в возрасте с ребенком, чтобы ощущать себя матерью. Даже если будет девочка. Даже если будет очень красивая девочка…

АРТУР. А! Так оказывается, дело в разнице в возрасте…

РОЗА. А что ты хотел? Я родила Женьку в восемнадцать лет. Ей двадцать один, мне тридцать девять. Ей тридцать один, мне сорок девять… Ты понимаешь, что это значит?!

АРТУР. Что?!

РОЗА. Мы почти ровесницы! Но! Без нее я девчонка, а рядом с ней – кто? Мать взрослой бабы!

АРТУР. Ну, я ведь женился на матери взрослой бабы. Предпочел ей тебя.

РОЗА. Потому и женился, что я не мать. Мы с ней на равных. А беспокоюсь я оттого, что… Ну, мало ли… Вдруг она все-таки беременна от тебя?

АРТУР. Хорошо, я узнаю, где она.

РОЗА. Не надо. Я передумала.

АРТУР. Я узнаю, где она, и ты сможешь как-нибудь невзначай проехать мимо нее на своей новой машине, поблескивая бриллиантами в ушах.

РОЗА. Ну, хорошо. Только ради этого. (целует Артура) Пойду отгоню машину в гараж. Услышишь грохот и звон, не пугайся.

Роза уходит.

Артур берет телефон.

Звонит.

АРТУР. Привет, Джейн. Когда у тебя приемные дни? Нам надо увидеться. Хорошо, я приеду.

Нажимает отбой.

Наливает себе виски.

Пьёт маленькими глотками, о чем-то тягостно размышляя.

Заходит Роза.

На ней лица нет.

РОЗА. Артур…

АРТУР. Юра.

РОЗА. Артур…

АРТУР. Называй меня, пожалуйста, Юрой. Что, ты опять разбила машину?

РОЗА. Нет, Юра. Там, в гараже…

АРТУР. Что в гараже?

РОЗА. Твой BMW цвета «хамелеон»…

АРТУР. И что?

РОЗА. Его же угнали! Тебя избили до полусмерти, а его угнали. Он в розыске…

АРТУР. (встает) О, господи, ну, значит, нашли! Я просто забыл тебе об этом сказать.

РОЗА. Как – забыл? Такая новость, и ты – забыл?!

АРТУР. Да какая же это новость. Подумаешь, машина нашлась. Кусок железа…

РОЗА. И тебя никто никуда не вызвал? На допросы, на опознание…

АРТУР. (сильно нервничая) Не было никакого опознания. Машину нашли где-то… точно не помню, кажется, где-то на загородной трассе. Угонщики покатались и бросили. Все.

РОЗА. (задумчиво) Всё?

АРТУР. Не надо делать такие глаза, будто ты разоблачила какой-то международный заговор (целует Розу) Я в офис.

РОЗА. Странно… Такая машина – и бросили. Даже не попытались продать?

АРТУР. Тебе не идет, когда ты напряженно думаешь.

РОЗА. Хорошо, я больше не буду думать. Но за это ты разрешишь называть себя – Артур.

АРТУР. (морщится) Хорошо.

РОЗА. Я люблю тебя.

АРТУР. Я тебя тоже.

Целуются.

Артур уходит.

ЗТМ.

 

9. ПАЛАТА В ПСИХБОЛЬНИЦЕ

Женя в больничном халате и тапках сидит на кровати.

Смотрит перед собой отсутствующим взглядом.

Заходит Артур.

В руках букет и кукла.

Подходит к Жене.

АРТУР. Привет.

ЖЕНЯ. (не глядя на Артура) Привет…

АРТУР. Спасибо, что разрешила прийти.

ЖЕНЯ. Мне что-то такое колют, что стало совсем не больно жить. Даже видеть тебя не больно.

Артур садит Жене на колени куклу.

АРТУР. Это тебе.

ЖЕНЯ. Спасибо. Почему кукла, а не апельсины?

АРТУР. Не знаю. Мне показалось, что тебе сейчас нужна кукла. Апельсины ты съешь, и все. А кукла избавит тебя от одиночества.

Женя гладит куклу по волосам.

ЖЕНЯ. Красивая. Ты угадал. Мне сейчас нужна именно кукла. Чтобы молчала, смотрела и была всегда рядом.

Артур садится на кровать рядом с Женей.

АРТУР. Как ты?

ЖЕНЯ. Я же говорю, хорошо.

АРТУР. Роза тебя потеряла.

ЖЕНЯ. Ты ей сказал, где я?

АРТУР. Нет. Ты же просила не говорить.

ЖЕНЯ. Спасибо. Еще неделя, и я буду в порядке. (усмехается) Тут умеют лечить от сильных нервных расстройств.

АРТУР. Прости меня, Джейн.

ЖЕНЯ. Ты уже сто раз попросил у меня прощения.

АРТУР. И ты сто раз не простила.

ЖЕНЯ. Да? С чего ты взял?! Почему?!

АРТУР. У тебя глаза темнеют, когда ты со мной говоришь. Даже на препаратах. Из голубых становятся почти черными.

ЖЕНЯ. Тебе кажется, Юра. Тебе все это кажется. О чем ты хотел поговорить?

АРТУР. О Розе. Ей нужно что-то сказать о том, куда ты пропала.

ЖЕНЯ. Без этого не обойтись?

АРТУР. Боюсь, что нет. Она нервничает. Может даже нагрянуть к тебе на работу, чтобы узнать, где ты. А то еще и в полицию ринется…

ЖЕНЯ. Заскучала старушка… Ей нечего делать, вот и переживает.

АРТУР. Не исключаю, что все-таки она тебя любит…

Женя встает.

Возбужденно ходит из одного угла палаты в другой.

Прижимает куклу к груди.

ЖЕНЯ. А знаешь, что… Пусть она меня навестит.

АРТУР. Здесь?

ЖЕНЯ. А что, с могилкой не получается пока, здоровье слишком крепкое оказалось. Но психо-неврологический диспансер, отделение суицидников – тоже ничего. Сойдет для репетиции моих похорон!

АРТУР. (вскакивает) Перестань! Роза не хочет твоей смерти! Да, она паршивая мать, но она совсем не… злой человек!

ЖЕНЯ. Защищаешь ее?! Она пробралась к тебе под кожу, как яд… Проникла в кровь, отравила мозги! Скажи, как ты мог так предать меня?!

АРТУР. Прости…

ЖЕНЯ. Почему ты выбрал ее?!

АРТУР. Потому что ты… собака сверху.

ЖЕНЯ. Что?!

АРТУР. Потому что в отношениях ты мужик… А она – женщина. Она уступает… Она не пытается наступить на ногу, когда ей придерживаешь дверь, и платить за себя разрешает везде. Она плачет, когда я ее обижаю, а не старается уколоть в ответ, устраивает истерики, если я поздно возвращаюсь домой, ревнует к каждому столбу и сама флиртует на вечеринках только для того, чтобы вызвать у меня ревность. Она бесконечно женственна, мне этого так не хватало с тобой, а еще она… очень похожа на тебя, так похожа, что у меня нет ощущения, будто я тебе изменяю и что я тебя предал… Ты права, она мне проникла под кожу, и дает такое ощущение полноты жизни, что я не смогу от нее отказаться.

ЖЕНЯ. Как жалко, что женщины долго живут…

АРТУР. Что?

ЖЕНЯ. У мужиков за сорок гораздо больше шансов умереть от инфаркта или инсульта. А бабы – живучие существа… До ста лет будут чахнуть, болеть, скрипеть, но не помрут ярко и быстро, в один момент – схватившись за сердце…

АРТУР. Перестань.

ЖЕНЯ. Если бы она, допустим, только допустим… разбилась на машине… Ты бы вернулся ко мне?

АРТУР. Пожалуйста, замолчи…

Женя отбрасывает куклу, подходит к Артуру, обнимает его.

ЖЕНЯ. Если у тебя не было чувства, что ты изменяешь мне с ней… То, может, не будет этого чувства, если ты изменишь ей со мной?

Женя напирает на Артура, целует его, тянет к кровати.

АРТУР. Что ты делаешь, сюда могут войти…

ЖЕНЯ. Ты заплатил за это свидание, сюда никого не пустят.

Артур сдается, падает на кровать, увлекает за собой Женю.

Они целуются.

Артур снимает с Жени халат.

Раздевается сам.

Заходит Роза.

Смотрит на Женю и Артура.

Они ее не замечают.

Роза поднимает с пола куклу.

Прижимает ее к груди.

РОЗА. Я так надеялась, что ты умерла, Джейн…

Артур быстро вскакивает.

Бросает Жене халат.

Одевается сам.

Женя одевается тоже.

РОЗА. Но на работе сказали, что ты в психушке. Пыталась вскрыть себе вены, и надо же! – забыла закрыться в туалетной кабинке. Вовремя нашли и спасли. Приезжаю сюда, говорю, я мать, пустите, а мне врач – у нее посетитель, нельзя! Я говорю – высокий брюнет? Так это мой муж. Все равно, говорит, нельзя… Я дала ему денег… Как же это удобно – продажные врачи в психушках, делай, что хочешь, да?!

АРТУР. Роза, давай без этого цирка…

РОЗА. Давай. Твою машину, Громов, никто не угонял.

Повисает пауза.

РОЗА. И никто не избивал тебя возле моего подъезда… И твоя память не пропадала… Это все придумала Джейн. Да, Джейн? Ты ведь мастер подстроенных ситуаций. Они нужны тебе в работе для рейтингов, а в жизни для развлечений. А может, тоже для рейтингов… Я сейчас в хорошем расположении духа, поэтому ты Джейн, и ты сейчас расскажешь мне правду.

ЖЕНЯ. (встает) Да… Я это придумала, чтобы сделать тебе больно. Просто так. Для удовольствия. Мы с Юрой встречались два года, я была его девушкой, но ты же не интересуешься моей жизнью… Ну, и получай. Юра сделал мне предложение, а я сказала, что соглашусь выйти за него замуж, если он разыграет перед тобой спектакль с потерей памяти. Его никто не бил, синяки мы нарисовали. Машину тоже не угоняли, она все это время стояла в его гараже. Хороший спектакль получился, правда? Просчитать было нетрудно – ты в него влюбишься, сойдешь с ума, а он выберет меня, и мы поженимся.

РОЗА. Но что-то пошло не так…

ЖЕНЯ. Все пошло не так. Я хотела тебе отомстить, сделать больно, как было больно мне все детство от того, что ты меня не любила. Я хотела доказать, что я лучше, моложе, красивее, умнее. А в результате… пришлось резать вены в туалете.

РОЗА. Ты сволочь, Артур, ты последняя сволочь. Ввязаться в такое… Это не по-мужски. А знаешь, что я нашла у тебя в столе?

Артур делает шаг назад.

АРТУР. Роза, не надо…

Роза отбрасывает куклу.

Достает из сумки пистолет.

АРТУР. Он заряжен, Роза…

РОЗА. Ты же понимаешь, что пока я не нажму на курок, никто отсюда не выйдет.

Роза целится в Артура.

Женя бросается перед ней, заслоняет Артура собой.

ЖЕНЯ. Мама!

Вместо выстрела раздается сухой щелчок.

Роза отбрасывает пистолет.

РОЗА. Браво, Джейн! Ты и тут умудрилась залезть на табуретку! Как это мужественно и красиво – закрыть грудью любимого… Если бы я знала! Может, мне не надо было разряжать пистолет?!

Роза разворачивается.

Уходит.

ЖЕНЯ. Как она бесконечно женственна… Я опять проиграла, да? Ты уйдешь к ней?

Артур обнимает Женю.

Целует.

ЗТМ.

 

10. КВАРТИРА АРТУРА

Среди беспорядка на полу сидит полуодетый Артур.

Он пьян и явно в раздраенных чувствах.

Пьет виски из бутылки.

Рядом на полу лежит телефон.

Артур берет его, звонит.

АРТУР. О, ну, наконец-то… Что за телефон доверия, на который дозвониться невозможно? Три часа вам звоню… За это время можно было три раза выброситься в окно и десять раз кого-нибудь убить… Что? Нет, я никого не собираюсь убивать, и себя тоже… Это я образно выразился. Меня зовут Артур. Да, Ар-тур. Как короля, красиво, правда? Немножко выпил, как вы догадались… А что, вы пьяных не слушаете? Не помогаете? А зачем тогда спрашиваете? Нет, алкоголизмом я не страдаю. Пока… Но все идет к этому. Да, есть проблема. Я люблю двух женщин. Нет, ничего вы не поняли, я их люблю как одну женщину. Они для меня нераз… бели… делимы. Но они не хотят этого признавать! Как чего… что они неразбели… делимы. Когда я живу с одной, мне не хватает другой. Когда я живу с другой, мне не хватает одной… ну, вы поняли… Да, забыл сказать – они мать и дочь. Скажите, что мне делать?

Слушает ответ.

Молчит.

Встает.

Ходит с телефоном из угла в угол.

Пьет виски из бутылки.

АРТУР. Легко сказать – определиться. Я же говорю – она нераз…делимы. Для меня они – одна женщина, а не две. Они просто сами этого не понимают, поэтому обе на меня злятся. (замирает) В смысле – найти третью? Где найти? Ах, отвлечься… Думаете, мне для этого нужно было вам три часа дозваниваться? Чтоб услышать вот этот тупой совет? Знаете, что… Идите в жопу! Сам разберусь.

Нажимает отбой.

Пьет виски.

Заходит Женя.

Она в рабочем комбинезоне с эмблемой канала.

Видно, что только с работы.

ЖЕНЯ. Ты опять напился?

АРТУР. Во-первых, добрый вечер, дорогая. Во-вторых – ни в одном глазу.

Женя замечает телефон в руке у Артура.

ЖЕНЯ. Ты куда-то звонил?

АРТУР. (тушуется) Нет. Хотел позвонить тебе, то тут ты пришла…

Женя выхватывает у Артура телефон.

Проверяет последний вызов.

ЖЕНЯ. Та-а-ак… Телефон доверия? Это еще что за новости?

АРТУР. Случайно набрал.

ЖЕНЯ. Пятьдесят восемь раз…

АРТУР. А у тебя так никогда не было?

ЖЕНЯ. Нет.

АРТУР. А вообще, это пошло – рыться в чужом телефоне.

ЖЕНЯ. Ты мне не чужой.

АРТУР. Но у меня должна быть своя территория.

Женя молчит.

Берет у Артура бутылку.

Делает глоток.

ЖЕНЯ. Скажи, ты скучаешь по Розе?

Артур молчит.

ЖЕНЯ. Скучаешь так, что приходится каждый вечер пить виски, чтобы я не заметила твою тоску?

Артур молчит.

Женя делает глоток.

ЖЕНЯ. Ты можешь уйти, я тебя не держу.

АРТУР. Но я не могу без тебя.

Женя швыряет бутылку на пол.

ЖЕНЯ. А я не могу видеть каждый вечер твою пьяную рожу и виноватый собачий взгляд! Не могу!

АРТУР. Хорошо. Я уйду. Дом твой. Машина твоя. Половина доходов от бизнеса тоже твоя. Прощай.

Артур, полураздетый, уходит.

Женя стоит потрясенная.

ЖЕНЯ. Артур!

В ответ тишина.

ЗТМ.

 

11. КВАРТИРА РОЗЫ

Роза лежит на кровати, отвернувшись к стене.

Заходит Женя.

ЖЕНЯ. Артур!

В ответ тишина – Роза не реагирует.

Женя замечает Розу.

Подходит к ней.

ЖЕНЯ. Где он?

РОЗА. Кто?

ЖЕНЯ. Артур… Или Юра. Кто-нибудь из них.

РОЗА. Они у тебя. Или ты у них.

Женя садится на край кровати.

ЖЕНЯ. Нет, у меня их нет. Они ушли к тебе. Они тебя любят.

РОЗА. (равнодушно) Ну, тогда поищи их как следует здесь. Может, найдешь.

Тишина.

Молчание.

Женя смотрит в пустоту.

ЖЕНЯ. Ты давно так лежишь?

РОЗА. Не знаю. Не помню. А какое сегодня число?

ЖЕНЯ. Пятнадцатое.

РОЗА. А месяц?

ЖЕНЯ. Май.

РОЗА. Мой любимый месяц. Впереди все лето… Сирень цветет… Скажи, там сирень цветет?

ЖЕНЯ. Ещё нет. Холодно. В этом году все с запозданием.

РОЗА. Ну, и хорошо. Значит, все впереди.

Тишина.

Молчание.

Женя начинает трясти Розу.

ЖЕНЯ. Вставай… Слышишь, вставай! Вставай, вставай, вставай! Вставай!

Роза садится.

Держится за голову.

РОЗА. Голова кружится.

ЖЕНЯ. Пройдет. Ты когда последний раз ела?

РОЗА. (машет рукой) Не так давно, чтобы помереть с голоду, не надейся.

ЖЕНЯ. Я и не надеюсь. Оказывается, мне больно смотреть, когда ты такая.

РОЗА. Какая?

ЖЕНЯ. Равнодушная. С непрокрашенными волосами… С облупленным маникюром…

Роза смотрит на свои руки.

Усмехается.

РОЗА. Смешно.

Встает.

Делает несколько неуверенных шагов.

РОЗА. Это очень смешно… Две самки… Борются за самца. Все бы ничего… но эти самки – мать и дочь. А самец – бесхребетное существо, которое мечется от одной к другой… от одной к другой… от одной к другой…

ЖЕНЯ. И где он?

РОЗА. Кто?

ЖЕНЯ. Самец. Если он мечется от одной к другой, то он должен быть или там или здесь. Но его нигде нет.

РОЗА. (замирает) А на работе?

Женя выхватывает из сумки телефон.

Звонит.

ЖЕНЯ. Олеся Владимировна, соедините меня с Юрием Николаевичем, пожалуйста. Спасибо, я поняла. (нажимает отбой) Секретарша сказала, что Громов на совещании и просил ни с кем его не соединять.

РОЗА. (подумав) Нет, ну, это нам ничего не дает… После совещания он куда идет?

Женя хватает телефон.

Что-то в нем смотрит.

Сильно нервничает.

РОЗА. Что ты делаешь?

ЖЕНЯ. Проверяю его социальные сети, давно не смотрела, не хотела расстраиваться. Вот, последний пост… Ужин в ресторане, устрицы, белое вино. Подпись – «Умею получать кайф от жизни».

РОЗА. Козел…

Выхватывает у Жени телефон.

Смотрит ленту.

РОЗА. А это кто?

Женя смотрит в телефон.

Сходит с лица.

ЖЕНЯ. (цедит сквозь зубы) Судя по подписи – коллега…

РОЗА. (хохочет) Он нас сделал… Женька, он нам изменил!

ЖЕНЯ. (мрачно) А ты говоришь, бесхребетное существо…

РОЗА. (обнимает Женю) Слава богу… Теперь мы на равных. Брошенные, обманутые, не первой свежести дамочки… Видела, какие у коллеги сиськи? А губы? Куда нам…

ЖЕНЯ. Вообще-то, ты его официальная жена.

РОЗА. И что?

ЖЕНЯ. Как что? Устрой сцену ревности. Потребуй развод и раздел имущества.

РОЗА. (смотрит на Женю) А это мысль… Слушай, раздел имущества это прекрасная мысль! Я сейчас…

Роза уходит.

ЖЕНЯ. Ты куда?

ГОЛОС РОЗЫ. Красить волосы!

ЖЕНЯ. Тебе помочь?

ГОЛОС РОЗЫ. Лучше пожарь яичницу! Жрать хочу!

ЖЕНЯ. (усмехается) Ожила… Ну, надо же! Как же быстро ты ожила…

ЗТМ.

 

12. УЛИЦА ПЕРЕД ДОМОМ

К скамейке подходит Артур.

Смотрит на часы.

Садится.

Сзади подходит Женя.

Руками закрывает Артуру глаза.

Женя в рабочем комбинезоне с эмблемой канала.

К комбинезону прикреплен микрофон.

АРТУР. Давай без глупостей. Я устал.

Женя не убирает руки.

Артур трогает ее запястья, поднимается к локтям и выше.

АРТУР. Думаешь, я могу не узнать твои руки, Роза? Я знаю каждый палец, каждый изгиб, форму ногтей, запах кожи… Вот тут у тебя маленький шрам, почти незаметный. Ты порезалась осколком стекла. Женька была маленькая и разбила хрустальную вазу с цветами, которые тебе подарили поклонники после спектакля. Ты убирала осколки, вскрикнула, и Женька заплакала – испугалась вида крови. Она тебя спрашивала – «Мама, ты не умрешь? Ты не умрешь?!» А ты отвечала ей – «Конечно, умру, противная девчонка, и ты будешь в этом виновата»… Роза, отпусти, хватит. Я боюсь темноты. У меня кружится голова. Ты хотела поговорить о разводе? Я пришел, говори. Незачем было об этом писать в каждом моем посте в соцсетях. Чего ты молчишь? Ну?! Мне дышать трудно, пусти… Ну, и молчи… Ну, и молчи. Знаешь, зачем я пришел? Сказать, что развод не дам. Как я могу дать развод женщине, без которой не могу жить? Ты будешь моей женой, Роза. Вечно. Я буду тебе изменять, а ты будешь терпеть. Потому что, если терпеть не будешь, я уйду к Джейн. Уж она-то будет терпеть! Только ради того, чтобы насолить тебе, Роза!

Берет руку Жени, целует.

АРТУР. Как же я соскучился, Роза… Как я безумно соскучился… Я люблю тебя.

Замирает, глядя на руку Жени.

Резко оборачивается.

АРТУР. Джейн?!

ЖЕНЯ. (усмехается) С вами была Евгения Кострова, не переключайте канал…

Женя выключает записывающее устройство.

АРТУР. Ты, что, все это время… надо мной издевалась?!

Выходит Роза.

РОЗА. Это она надо мной издевалась. Зачем ты в соцсетях написал, что ждешь меня здесь?

АРТУР. Затем! Разве наша жизнь уже давно не на потеху публике? Ты открыто требуешь развода, я открыто говорю, что дам его на скамейке у твоего дома! Что тут такого?

Роза, улыбаясь, закрывает глаза.

РОЗА. Как пахнет сирень… Как она пахнет… Мое любимое время года… У меня от счастья кружится голова…

Подходит к Артуру.

Обнимает его.

Оборачивается к Жене.

РОЗА. Зря ты сюда пришла, Джейн. Это был пенальти. Кажется, так называется гол в свои ворота? Ты можешь снова включить свой микрофон, Джейн, и записать мой ответ. Измены?! Пожалуйста, ради бога… Я готова терпеть, Артур. Все, что угодно!

Артур отталкивает Розу.

АРТУР. А я нет!!! Послушайте… До меня только сейчас дошло… Я вам не нужен! Вы же не за меня сражаетесь! Вы бодаетесь друг с другом! Я тут вообще ни при чем! Вместо меня мог быть просто фонарный столб, и вы бились бы за него так же отчаянно и непримиримо! Какой же я дурак! Какой круглый идиот…

Артур убегает.

Роза смотрит ему вслед.

Достает из сумки сигарету.

РОЗА. А он несколько истеричен, ты не находишь?

Женя включает запись.

Слышится голос Артура.

ГОЛОС АРТУРА. «Давай без глупостей. Я устал».

Женя перематывает запись, проигрывает с ускорением.

ГОЛОС АРТУРА. (пискляво тараторит) «Давай без глупостей. Я устал». «Давай без глупостей»…

ЖЕНЯ. (выключает запись) И голос противный.

РОЗА. Иногда мне кажется, что я люблю тебя…

ЖЕНЯ. Мне иногда тоже так кажется.

РОЗА. Я не знаю, что с этим делать.

ЖЕНЯ. И я не знаю.

РОЗА. Лучше бы у меня был лысый бородатый сын. Я могла бы потрепать его по лысине и поцеловать в небритую щеку.

ЖЕНЯ. Попробуй сделать это со мной.

РОЗА. У тебя для этого слишком нежная кожа… Я не могу тебя целовать. Во мне все бунтует. Это… что-то гормональное.

ЖЕНЯ. Тогда это сделаю я.

Женя подходит к Розе.

Забирает у нее сигарету, отбрасывает.

Обнимает Розу, прижимает к себе.

Роза напряжена.

РОЗА. Что ты собираешься делать с записью?

ЖЕНЯ. Хотела выложить в интернет, но теперь сотру.

РОЗА. Это потому, что он не дал мне развод?

ЖЕНЯ. Потому что ты – моя мать. И мы хоть чуть-чуть, но друг друга любим.

Женя сильнее прижимает Розу.

Целует в щеку.

Роза незаметно вытаскивает у Жени из кармана диктофон.

ЗТМ.

 

13. УЛИЦА

Выходит Женя с микрофоном.

ЖЕНЯ. С вами Евгения Кострова, я веду свой репортаж с Кузнецкого моста, здесь только что рядом со зданием ФСБ произошла жуткая авария. Пока не знаю, есть ли человеческие жертвы, мы видим карету «Скорой помощи», медики бегут к машине с носилками… Не могу разобрать марку машины, так она искорежена. Могу только сказать совершенно точно, что водитель не справился с управлением и врезался в опору освещения. Свидетели говорят, он гнал на предельной скорости, перестраиваясь из ряда в ряд, вел себя неадекватно, вообще не тормозил, скорее всего, водитель был пьян и только чудом не задел другие машины… Да, кажется, жертвы есть, медики накрыли человека на носилках с головой. Я подхожу поближе, марку машины по-прежнему определить не могу. К сожалению, водитель погиб, теперь это очевидно, мне плохо отсюда видно, носилки грузят в машину с красным крестом, машина трогается, отъезжает… Свет! Дайте свет, пожалуйста, на номера, может, кто-то узнает своих родственников или знакомых…

Женя замолкает.

В ужасе прикрывает рот рукой.

Слышится ее подавленный крик.

Глаза полны ужаса.

ЗТМ.

 

14. КВАРТИРА АРТУРА

Женя с каменным лицом, в трауре, сидит перед компьютером.

Слышится голос Артура.

ГОЛОС АРТУРА. «Как я могу дать развод женщине, без которой не могу жить? Ты будешь моей женой, Роза. Вечно. Ты будешь моей женой, Роза. Вечно»…

Запись ускоряется.

Голос Артура становится писклявым.

ГОЛОС АРТУРА. «Как я могу дать развод женщине, без которой не могу жить? »…

СМЕЮЩИЙСЯ ГОЛОС РОЗЫ. «Вот такое признание записала всем известный репортер Евгения Кострова. Конечно, она ожидала услышать от своего бывшего возлюбленного совсем другое, поэтому пришла на встречу с микрофоном, подошла сзади, закрыла Громову глаза, как будто это сделала я – и получила совсем не то, что ожидала! Не рой другому яму, запомни, Джейн»…

На последних словах в комнату заходит Роза.

Она тоже в трауре.

Заплаканная.

РОЗА. Прости, Джейн…

ЖЕНЯ. (встает) Уходи.

Роза бросается к Жене, обнимает.

РОЗА. Прости, что я выложила это в сеть, я не знала тогда, что Артур разбился…

ЖЕНЯ. Мы убили его, мама. Просто взяли и убили.

РОЗА. Нет, нет, это не так, это случайность, несчастный случай. Артур всегда гонял на машине, он очень неосторожно ездил, игнорировал светофоры…

ЖЕНЯ. И все равно ты прекрасно знаешь, что мы убили его.

Роза отпускает Женю, отходит.

РОЗА. Ты убила. Своим желанием быть лучше меня. Это ты привела его в дом. Это ты виновата.

ЖЕНЯ. Если бы ты любила меня, мне бы не пришлось ничего доказывать. Просто любила…

РОЗА. Только последняя дура будет искать виноватых в собственной подлости. Даже если я последняя тварь, ты не имела права делать Артура разменной монетой. Он погиб из-за тебя.

Роза резко разворачивается.

Уходит.

Громко стучат каблуки.

У двери Роза останавливается.

РОЗА. И еще. Освободи дом. Я наследница. Я буду здесь жить.

Уходит.

Женя садится на пол, закрывает лицо руками.

Плачет.

 

15. ОТЕЛЬ В ПАРИЖЕ

Артур сидит на диване.

За окном – виды Парижа.

АРТУР. (звонит) Алло, телефон доверия? Надо же, с того света вам дозвониться гораздо проще… Да жив я, жив, не пугайтесь. И я не сумасшедший. Помните, я говорил вам, что люблю мать и дочь как одну женщину? А вы мне дали тупой совет отвлечься и завести третью. Так вот, я так и сделал. Чудесная девушка, студентка-практикантка строительного института. Она мне вправила на место мозги. Как? Посоветовала умереть. Ну, для тех двух. Да, я был с ней откровенен. Я был в таком состоянии, что мог откровенничать с первым встречным, лишь бы мне помогли советом – как жить… Вот вы мне дали совет найти девушку, а девушка посоветовала – умри! Просто умри и все. Гениально, правда? У нее всюду знакомые, она мне помогла, договорилась с медиками, с похоронной конторой – хоронили закрытый гроб, ни у кого не возникло вопросов, я же был изувечен… Нет, сейчас я не с ней. Я ни с кем. Один. Голова пустая и трезвая. За окном – Париж! Великолепный, яркий, весёлый Париж, город влюбленных! Я счастлив. Я, собственно, звоню спасибо сказать, вы мне помогли. Я счастлив!!! Это так здорово – быть свободным и никого не любить. Скажите, я могу вам что-нибудь заплатить в качестве благодарности? Ну, лишнее так лишнее. Тогда просто спасибо и низкий земной поклон. (нажимает отбой) Я счастлив…

Встает.

Подходит к окну, раскинув руки.

АРТУР. Счастлив!

ЗТМ.

 

16. КРЫША ВЫСОТКИ

Выходит Женя с микрофоном.

Она немного другая.

Более сдержанная.

Не такая напористая.

ЖЕНЯ. С вами Евгения Кострова, здравствуйте. Я веду свой репортаж с крыши высотного дома. На краю сидит человек, вы видите его спину. Этот парень собирается свести счеты с жизнью, но пока не решается прыгнуть вниз. Кажется, его бросила девушка. Нам удалось дозвониться до телефона доверия и убедить молодого человека поговорить с профессиональным психологом… (понизив голос) Кажется, именно это он сейчас и делает… Совсем недавно власти города собирались упразднить эту службу, как не окупающую себя, но разве можно в деньгах измерить цену спасенной человеческой жизни? Бросится парень вниз или нет? Отсюда я вижу, что он прижал телефонную трубку к уху так, что побелели костяшки на пальцах… У меня мороз по спине – бросится или нет?!… Вполне возможно, от этого будет зависеть не только судьба этого несчастного человека, но и судьба службы доверия, госфинансирование которой хотят прекратить… (пауза) Посмотрите, молодой человек встает… (пауза) Он делает шаг назад… Браво! Он уходит! Уходит в противоположную от края крыши сторону, походка у него неуверенная, но я уверена, что он уже не изменит своего решения! Снимайте, снимайте! Я не буду к нему подходить, не буду приставать с вопросами, давайте просто все вместе молча поаплодируем профессионализму нашей службы доверия…

Женя бесшумно хлопает в ладоши..

ЖЕНЯ. Я им сейчас позвоню, поздравлю и скажу спасибо за эту спасенную жизнь. И спрошу – что именно они сказали парню, чтобы он изменил решение? (звонит) Здравствуйте! Это Евгения Кострова. Скажите, как зовут парня, которого вы спасли? А что вы сказали Олегу? (слушает ответ) Спасибо! Я вас поздравляю! Надеюсь, у властей города больше не возникнет сомнений в том, что ваша служба необходима. (нажимает отбой) С вами Евгения Кострова, не переключайте канал. Только что психолог из службы доверия рассказал мне, что он долго беседовал с Олегом и рассказал ему совсем недавний случай из своей практики. Некий мужчина тоже запутался в своих отношения настолько, что был близок к самоубийству. И тогда ему дали совет – закрутить роман с новой девушкой. Просто так, чтобы отвлечься. Мужчина сначала разозлился и обозвал их шарлатанами, а потом взял и последовал совету. А вчера он позвонил из Парижа. И знаете, что? Он счастлив! Нет, с той девушкой у него ничего не вышло, но она помогла ему заново обрести себя, вырваться из бесперспективных отношений. Знаете, что он сделал? Он умер. Да, инсценировал собственную смерть. И воскрес другим человеком… В другой стране.

Женя замирает.

Медленно повторяет.

ЖЕНЯ. Другим человеком… В другой стране… И теперь он… по-настоящему счастлив… По-настоящему… счастлив… С вами Евгения Кострова, не переключайте канал…

Женя в отчаянии отбрасывает микрофон.

Закрывает лицо руками.

ЗТМ.

 

17. КВАРТИРА АРТУРА

Роза собирает чемодан.

Тщательно выбирает платья.

Сначала прикладывает их к себе.

Потом откладывает.

Другие аккуратно укладывает в чемодан.

Заходит Женя.

Роза ее не видит.

Прикладывает к себе платье.

Рассматривает в зеркале отражение.

ЖЕНЯ. Тебе не идет этот цвет.

Роза вздрагивает.

Оборачивается.

РОЗА. Тебя не учили стучаться, Джейн?

Женя по-хозяйски садится на диван.

ЖЕНЯ. Кто? Ты не занималась моим воспитанием. Меня воспитывали книги, соседи, улица и телевизор.

Роза отбрасывает платье.

РОЗА. Не прибедняйся. До двенадцати лет я носилась с тобой как кошка с новорожденным котенком – вылизывала, ласкала, таскала за шкирку и не отпускала от себя ни на шаг. А потом ты начала взрослеть. Стремительно.

ЖЕНЯ. Я вытянулась, у меня выросла грудь, появились прыщи, нога стала тридцать восьмого размера, и я стала тебе противна.

РОЗА. Зачем ты пришла?

ЖЕНЯ. Убедиться, что ты еще не уехала.

РОЗА. С чего ты взяла, что я уезжаю?

ЖЕНЯ. То есть, это – не чемодан? А это – не лучшие твои платья?

Роза захлопывает крышку чемодана.

РОЗА. Тебя это не касается.

ЖЕНЯ. (вскакивает) Ты смотрела мой репортаж?

РОЗА. Какой репортаж?

ЖЕНЯ. Последний. С крыши.

РОЗА. Делать мне нечего – смотреть твои репортажи. А о чем он?

ЖЕНЯ. О человеке… который инсценировал свою смерть.

РОЗА. Слушай, тебе самой не надоело ерундой заниматься? Выискивать жареные факты, копаться в чужом грязном белье… Желтая пресса – тьфу! Когда ты была совсем маленькая, ты шила куклам свадебные платья. Отрезала от тюля куски, кроила и шила. Первый раз я тебя отшлепала, а потом решила – пусть. Может, станешь известным дизайнером. Я тебя не ругала, слышишь? Ты искромсала мне весь тюль, а я слова тебе не сказала! И ради чего? Ради вот этого?

ЖЕНЯ. Минутка ненависти закончилась?

РОЗА. Ты сама ее начала. Ввалилась без стука, нахамила, обвинила. Все как всегда. Если тебе интересно, я еду на острова. Отдыхать, плавать и соблазнять аборигенов.

ЖЕНЯ. Удачи тебе.

Уходит.

РОЗА. Постой…

Женя останавливается.

РОЗА. Как ты сказала? Инсценировка? Собственной смерти?

ЖЕНЯ. Проехали.

Уходит.

Роза усмехается, складывает в чемодан последнее платье, закрывает его.

ЗТМ.

 

18. ОТЕЛЬ В ПАРИЖЕ

Артур лежит на диване.

Звучит оперная ария – ее исполняет густое меццо-сопрано.

Артур садится.

Нервно звонит.

АРТУР. Здравствуйте. Мне нужна бронь. Один билет до Москвы на ближайший рейс. Да, подходит. Нет, подождите – не надо, я передумал.

Нажимает отбой.

Снова звонит.

АРТУР. Это клиника? Скажите, у меня вопрос… Много лет назад у женщины был прекрасный оперный голос. Вот, послушайте…

Подносит телефон к колонке.

Прибавляет громкость.

Через пару секунд приглушает звук.

Говорит в трубку.

АРТУР. Ей делали операцию на щитовидной железе и задели голосовые связки. Говорит она нормально, а вот петь не может, голос пропал. Это можно как-то исправить? Понятно. А без осмотра сказать не можете? Спасибо. Нет, записывать на прием не надо, я просто спросил.

Нажимает отбой.

Ложится.

Слушает арию.

Вскакивает.

Снова звонит.

АРТУР. Клер! Хочу тебя! Прямо сейчас. Да, приезжай, жду.

Падает на диван.

Лежит.

Одна оперная ария сменяется другой…

Звонок.

Артур вскакивает с дивана.

Идет открывать.

АРТУР. Иду, Клер… (открывает) Ты летаешь на своей метле с бешеной скоростью, не ожидал так быстро…

Заходит Женя.

Артур потрясен.

АРТУР. Ты?

ЖЕНЯ. Клер не придет больше никогда. Я оплатила ей такси в обратную сторону.

Артур потрясенно молчит. Женя слушает арию, ее лицо мрачнеет.

ЖЕНЯ. Я приехала, а Роза уже здесь… Она все равно здесь! Где ты достал эти записи?! Их давно нигде нет…

Женя с раздражением выключает музыкальный центр.

Ария замолкает.

ЖЕНЯ. Ничего не хочешь сказать мне?

АРТУР. Нет…

ЖЕНЯ. (помолчав) На твоей могиле… На твоей фальшивой могиле – каждый день, - букет свежей белой сирени и букет темно-бордовых роз. Розы мои, сирень Розы… Смешной каламбур, правда? Она выбрасывает мои розы и кладет свою сирень, я выбрасываю ее сирень и кладу свои розы. Кто раньше придет, букет того и летит в помойку… Какие-то бабки подбирают выброшенные букеты и продают их втридорога у ворот кладбища. Смешно, правда? Розы стоят намного дороже, чем сирень. По букетам, которые продают у кладбища, можно определить, кто сегодня выиграл битву за тебя… Если продают розы, выиграла Роза, если сирень – выиграла я… Скажи, тебе не снится собственная могила?

АРТУР. Нет…

ЖЕНЯ. Это было жестоко. Закрытый гроб. Справка о смерти, которую выдали Розе, как законной жене. Тебе не жалко денег, которые ты потратил на этот спектакль?

АРТУР. Нет…

ЖЕНЯ. А мне жалко. Потому что все так бездарно раскрылось… Нельзя доверять службе доверия. Никому нельзя доверять. Особенно, если решил умереть при жизни. (после паузы) Ты жалеешь, что приехала я, а не Роза?

АРТУР. Нет…

ЖЕНЯ. А хочешь, я верну Клер? Я могу позвонить ей и сказать, что ты меня выгнал, и место рядом с тобой свободно.

АРТУР. Нет…

ЖЕНЯ. Я люблю тебя. Я тебя люблю, несмотря на то, что ты со мной сделал – размазал, унизил, оглушил своей смертью, а потом добил своим воскрешением. Собака сверху – теперь ты, – и мне никогда не удастся изменить эту позицию. Потому что я люблю тебя.

АРТУР. Ты должна уехать. Я умер. Можешь носить розы на мою могилу и продолжать соревноваться с сиренью Розы… Я рад, что кладбищенские бабушки могут на мне заработать.

ЖЕНЯ. (кивает) Хорошо. (идет к двери) Извини, что приехала.

АРТУР. Подожди! Нет, иди…

Женя замирает.

АРТУР. Уходи… Нет. Подожди!

Женя бросается Артуру на шею.

Они обнимаются.

Целуются.

ЖЕНЯ. Она мне тебя отдала, слышишь? Сделала вид, что не видела моего репортажа, в котором выяснилось, что ты живой, и укатила на острова! Мы вдвоем, Юра! Только вдвоем.

АРТУР. Я Артур…

ЖЕНЯ. Мы вдвоем. Она крутит роман с каким-то престарелым мачо и забила своими фотками с ним весь инстаграм… Она отстала от нас! Она мне тебя отдала!

ЗТМ.

 

19. ОТЕЛЬ В ПАРИЖЕ

Женя сидит на диване.

Сзади, обняв ее, стоит Артур.

Играет музыка.

Густое меццо-сопрано поет оперную арию.

ЖЕНЯ. Ты не знаешь, почему у меня ощущение, что мы все время втроем?

АРТУР. Ну, хочешь, выключи. Мне просто нравится эта ария.

ЖЕНЯ. И давно ты стал поклонником оперы?

АРТУР. С тех пор как умер…

Женя встает, выключает музыку.

ЖЕНЯ. Полгода ты принадлежишь только мне. Полгода я должна быть абсолютно счастлива. Ты не знаешь, почему это не так?

АРТУР. Знаю, у тебя нет работы. Я договорился – завтра у тебя собеседование в агентстве новостей. Будешь вести репортажи для русскоязычной публики.

ЖЕНЯ. (радостно) Правда? Спасибо. (целует Артура) Вот не думала, что ты разрешишь мне заниматься любимым делом.

АРТУР. Иначе твоя кипучая натура что-нибудь натворит. Ограбит банк, например.

ЖЕНЯ. Или родит ребенка.

АРТУР. Что?! Это правда?

ЖЕНЯ. Не бойся. Сначала я поработаю, а там видно будет.

Артур целует Женю.

АРТУР. Спасибо. К ребенку я пока не готов. Нужно окрепнуть на новом месте и в новом статусе – и физически и материально.

ЖЕНЯ. (усмехается) Как смешно… Я вышла замуж за погибшего мужа своей матери.

АРТУР. Ты обещала больше не смеяться над этим. (целует Женю) Я в душ. Потом поедем где-нибудь поужинаем.

Уходит.

ЖЕНЯ. Она лучше меня, слышишь? Она лучше меня!

АРТУР. Что?! Не слышу!

ЖЕНЯ. (тихо) Она лучше, и ты это знаешь. Я бы не смогла отойти в сторону и поехать на острова, чтобы глушить свою боль с престарелым мачо…

Звонит телефон.

АРТУР. Джейн, возьми трубку!

ЖЕНЯ. (берет телефон) Да, я слушаю. (слушает) Хорошо, я передам.

Нажимает отбой.

В глазах – слезы.

Берет лист бумаги.

Что-то быстро пишет на нем.

Вытирает слезы.

Включает арию.

Берет сумку.

Уходит.

Выходит Артур.

Вытирает плечи и лицо полотенцем.

АРТУР. А вообще, я подумал, на кой черт нам куда-то ехать? Давай закажем ужин сюда…

Замечает, что Жени нет.

Оглядывается.

АРТУР. Джейн! Ты где, Джейн?!

Замечает записку на столе.

Хватает ее.

Читает.

АРТУР. «Звонили из клиники. Они готовы заочно проконсультировать пациентку насчет операции по восстановлению голосовых связок. У них какая-то бесплатная акция. Прощай. Не ищи меня. Джейн.»

Записка падает из рук Артура.

Он закрывает лицо руками.

Звучит ария.

ЗТМ.

 

20. КВАРТИРА АРТУРА

Артур, постаревший, немного сгорбленный, в домашней пижаме.

Вскрывает конверт.

Достает письмо.

Разворачивает.

Шарит рукой по тумбочке.

Потом по дивану.

Замирает.

АРТУР. Роза! Ты не знаешь, где мои очки?! Роза! (выждав паузу) Роза, ты не видела мои очки?

Заходит Роза.

Она постаревшая, седая.

Намазывает и растирает на руках крем. Массажными движениями хлопает себя снизу по подбородку.

Артур подходит к ней.

Кричит в ухо.

АРТУР. У тебя, что, опять сели батарейки в слуховом аппарате?!

РОЗА. (отшатывается) Ты совсем ненормальный? Зачем так орать? Я прекрасно все слышу. Вот твои очки.

Показывает на очки, которые висят на груди Артура на шнурке.

Надевает очки ему на нос.

АРТУР. Тут какое-то письмо на твое имя.

РОЗА. Читай.

АРТУР. (сморит на конверт) Оно из хосписа.

РОЗА. Откуда?

АРТУР. Не знаю, может, я что-нибудь напутал? (вертит в руках конверт) Ну, да, из хосписа.

РОЗА. Наверное, это какая-то ошибка…

Артур пробегает письмо глазами.

АРТУР. Нет, не ошибка… Они пишут, что Джейн при смерти…

РОЗА. Что?

Выхватывает у Артура письмо.

Пытается читать.

Рука сильно трясется.

РОЗА. Нет, не могу, буквы расплываются. Что там написано?

АРТУР. Что ей осталось день или два… Может, меньше, никто не знает. Она очень хочет увидеть тебя перед смертью.

Роза хватается за сердце.

РОЗА. Только не это…

АРТУР. Роза, надо ехать.

РОЗА. Я не могу…

АРТУР. Роза, это бесчеловечно. Это последняя воля Джейн.

РОЗА. Джейн и хоспис? Нет! Только не это! Двадцать семь лет я не знала, где она, что с ней… И вдруг – вот это?! Вот так?! Не-е-ет!

АРТУР. Роза, ты можешь не успеть. Я пойду, возьму машину из гаража…

Идет к двери.

РОЗА Стой!

Артур замирает.

РОЗА. Артур, я боюсь. Я не смогу видеть Женьку умирающей… Я не хочу!

АРТУР. (мрачно) Это расплата, Роза. И мне… И тебе… Я отвезу тебя к ней, даже если для этого мне придется тебя убить.

РОЗА. Я не пойду!

АРТУР. Собирайся.

РОЗА. Я не могу… Мне стыдно. Мне больно. Она не должна умереть раньше меня.

Плачет.

Артур подходит к Розе.

Обнимает ее.

Целует.

АРТУР. Надо. Надо, моя дорогая… Я тоже бесконечно виноват перед ней. Мне тоже невыносимо трудно и больно… Но надо проститься. Нельзя не проститься…

РОЗА. (плачет) Если бы не твоя дурацкая затея с восстановлением моего голоса… она бы тогда не ушла от тебя. Я бы выжила как-нибудь… Я ведь смирилась с мыслью, что уступила тебя ей. Мой голос все равно не вернулся, а Женька пропала бесследно… Мы ведь даже не попытались найти ее, Артур!

АРТУР. Зато она нашла нас. Больно и оглушительно. Собирайся быстрее. Счет идет на часы.

РОЗА. Я сейчас.

Идет к выходу.

У двери замирает.

РОЗА. У меня нет ни одного черного платья.

АРТУР. Роза…

РОЗА. Что?

АРТУР. Роза, о каком черном платье ты говоришь? Джейн еще не умерла! Она просто хочет тебя увидеть.

РОЗА. Да?! Ах, да… Извини…

Уходит.

Возвращается.

РОЗА. Но ведь случаются чудеса, Артур?

АРТУР. Не понял… Что ты хочешь этим сказать?

РОЗА. Может, диагноз неправильный…

АРТУР. Иди одевайся! Я жду в машине.

Артур быстро уходит.

Роза, помедлив, тоже.

ЗТМ.

 

21. ПАЛАТА

На кровати сидит «Женя».

С изящной сумкой в руках.

В красном платье.

В туфлях на каблуках.

Она так же молода и свежа, как и прежде.

Заходит Роза.

Несколько секунд Роза и «Женя» смотрят друг на друга.

Роза бросается к «Жене».

Обнимает ее.

Целует руки, лицо.

РОЗА. Джейн… Доченька… Я так и знала! Они ошиблись! Диагноз оказался неправильный! Эти врачи полные идиоты! Варвары! Шарлатаны! Мне всего лишь нужно было удалить узел в щитовидке, а они чуть не сделали меня немой на всю жизнь! Как я рада… Господи, какое счастье, что ты жива и так хорошо выглядишь!

«Женя» отстраняется.

Улыбается.

«ЖЕНЯ». Я не Женя. Я Алиса.

Роза отшатывается от нее.

РОЗА. Как?! Какая Алиса?!

«ЖЕНЯ». Мама умерла утром. Она очень хотела увидеть вас, но не успела. Я ее дочь.

Роза молчит.

У нее каменное лицо.

«ЖЕНЯ». Мама предупреждала, что вы можете мне не обрадоваться. Она просила вам передать, что простила вас.

Повисает тягучая пауза.

РОЗА. Кто твой отец?

«ЖЕНЯ». Вы его знаете.

Роза в отчаянии закрывает лицо руками.

«ЖЕНЯ». Вы не волнуйтесь. Она легко ушла. Тут хорошие врачи.

РОЗА. (открывает лицо) Почему она молчала двадцать семь лет? Почему ничего не сказала?!

«ЖЕНЯ». Она хотела быть лучше вас. Благороднее. Тоньше. Возвышеннее. Она была очень хорошей матерью. Бросила ради меня любимую работу, уехала в другую страну, вышла замуж за богатого человека. У меня есть отец, вы не волнуйтесь. Я ни на что не претендую.

РОЗА. От чего она умерла?

«ЖЕНЯ». Рак щитовидки. Наследственный. Он легко лечится на ранней стадии, но мама почему-то не стала лечиться, а мы с папой очень поздно узнали…

РОЗА. (плачет) Девочка моя… Моя любимая дорогая девочка… Прости меня… Как же я любила её… как мне её не хватало… Я только сейчас это поняла… У тебя с Джейн – одно лицо!

Роза встает, обнимает Алису.

Алиса обнимает Розу.

Они стоят, обнявшись.

По лицу Розы текут слезы.

К ним подходит Артур.

Обнимает обеих.

АРТУР. Наконец-то, вы помирились, мои дорогие девочки… А ты совсем не изменилась, Джейн. Как тебе это удалось?!

РОЗА. Это твоя дочь, Артур. Джейн дала ей самое дурацкое имя из всех имен – Алиса!

Артур потрясенно смотрит на Алису.

Звучит бодрый, громкий – «фирменный» - репортёрский голос Жени.

ЖЕНЯ. С вами Евгения Кострова, здравствуйте, я веду репортаж из хосписа, куда моя мать пришла проститься со мной! Я написала ей письмо, что умираю, я это сделала ради того, чтобы… если честно, то я не знаю, зачем я это сделала! Наверное, мне хотелось увидеть ее лицо, когда она узнает, что я жива, здорова, богата, и у меня есть прекрасная дочь, которая получила ту материнскую любовь, которой никогда не было у меня! С ними Артур, муж моей матери и отец моей дочери – как все запутано, правда?! Свет! Дайте свет, покажите их лица!

АРТУР. (потрясенно) Джейн?! (закрывает лицо руками от ярких софитов) Это ты, Джейн?!

РОЗА. (тоже закрывает лицо от яркого света) Джейн?! Джейн, не надо так! У Артура слабое сердце, он не выдержит!

АРТУР. Я не верю, что ты на такое способна, Джейн!

ЖЕНЯ. Это жестокий эксперимент, я знаю, но может, он заставит задуматься других женщин – не делайте из своих дочерей соперниц, никогда не делайте! Пусть ваши дочери остаются для вас маленькими, беззащитными девочками, старейте смело – когда с вами есть ваша женская копия, это нестрашно! Пусть ваши дочери будут красивее, умнее, моложе вас, это нормально, это здорово, научитесь принимать это, радоваться этому, и они ответят вам беззаветной любовью и преданностью… Я так хотела, чтобы мама меня любила. Я хотела этого в пять лет, в пятнадцать, в тридцать пять, в сорок девять, я хочу этого и сейчас!

РОЗА. Да не нужна тебе любовь! Не нужна! Тебе нужна только табуретка, с которой можно кричать и важничать! Чтобы весь мир знал, что ты лучше всех!

ЖЕНЯ. Если бы ты меня любила, хоть капельку… Я… да никогда бы я не влезла ни на какую табуретку! Зачем мне какой-то мир, зачем все эти чужие люди… Я лучше всех, если об этом знаешь ты, мама! Но это мечта… Мечта, которая так и останется несбыточной… Скажи, Роза, ты ведь не хотела ехать со мной прощаться?! Тебя заставил Артур?!

АРТУР. (хватается за сердце) Прекрати это немедленно!

ЖЕНЯ. Так я и знала! С вами Евгения Кострова и её захватывающие прямые репортажи с места реальных событий… Открой лицо, Роза, я хочу видеть твои глаза.

Роза опускает руку, ослепленная, беспомощно смотрит на яркий свет…

АЛИСА. Мама, не надо больше… Пожалуйста!

ЖЕНЯ. Роза, я когда-то сказала, что буду лучше тебя! Я вернулась в профессию, это мой первый репортаж после долгого перерыва, и никого не смущают мои морщины, правда, мои дорогие зрители?!

АЛИСА. Мама! Прекрати!

ЖЕНЯ. Скажи, что ты меня любишь! Скажи, Роза!

РОЗА. Джейн, если бы я тебя не любила, разве я смогла бы тебя так ненавидеть?… Вот так вот, до дрожи в каждой клеточке ощущать, что ты моя плоть и кровь, разве могла бы?… Конечно, я люблю тебя, Джейн. И всегда любила, теперь я уже старая… и ты старая… И Артур – старый, жизнь прошла, поэтому я могу спокойно об этом сказать. Я люблю тебя, Джейн… Я очень тебя люблю. Скажи только, чтобы убрали этот ужасный свет, у меня от него кружится голова…

Роза теряет равновесие.

Артур подхватывает её.

Алиса бросается ему на помощь.

АЛИСА. Бабушка!

РОЗА. Пожалуйста… только не это… Не надо так меня называть!

Ольга Степнова. СопеРРРницы

ЖЕНЯ. Наше время в эфире подошло к концу, с вами была Евгения Кострова, не переключайте канал, следите за ситуацией, вас ждет много захватывающего и интересного!

ЗТМ.

ЗАНАВЕС

ТИХИЙ ГОЛОС РОЗЫ. Ненавижу тебя, Джейн… Как же я тебя ненавижу!…

 

ВНИМАНИЕ! ВСЕ АВТОРСКИЕ ПРАВА НА ПЬЕСУ ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНАМИ РОССИИ, МЕЖДУНАРОДНЫМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ, И ПРИНАДЛЕЖАТ АВТОРУ. ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЕЕ ИЗДАНИЕ И ПЕРЕИЗДАНИЕ, РАЗМНОЖЕНИЕ, ПУБЛИЧНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ, ПЕРЕВОД НА ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ, ВНЕСЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ В ТЕКСТ ПЬЕСЫ ПРИ ПОСТАНОВКЕ БЕЗ ПИСЬМЕННОГО РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА.
ПОСТАНОВКА ПЬЕСЫ ВОЗМОЖНА ТОЛЬКО ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПРЯМОГО ДОГОВОРА МЕЖДУ АВТОРОМ И ТЕАТРОМ.

Email:

ГЛАВНАЯ    КИНО    ТЕАТР    КНИГИ    ПЬЕСЫ    РАССКАЗЫ
АВТОРА!    ГАЛЕРЕЯ    ВИДЕО    ПРЕССА    ДРУЗЬЯ    КОНТАКТЫ
Дмитрий Степанов. Сценарист Сайт Алексея Макарова Ольга Степнова. Кино-Театр Ольга Степнова. Кинопоиск Ольга Степнова. Рускино Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Рейтинг@Mail.ru

© Ольга Степнова. 2004-2015